В темноте вечера Аня не может хорошо разглядеть обидчика. Мрак скрывает его черты лица, цвет взлохмаченных волос и красоту глаз. Свет фонаря поблескивает в коже его куртки, а ветер доносит запах дешевых сигарет и бензина.
— С тобой все в порядке? — спрашивает парень и обжигает своим теплым дыханием. — Тебе помочь? — голос тягучий и очень сладкий, как конфетка ириска. Он некоторое время смотрит пристально на девушку в ожидании ответа.
— Нет, нет, все в порядке. Я тут живу, — Аня приходит в себя, забирает пакет и втискивается в проем подъезда.
— И я тоже, — слышит за спиной уносимый ветром голос.
Квартира на третьем этаже встречает Аню прохладой. Открытое настежь окно впускает вечерний холодный ветер, отчего нежный белый тюль развевается в разные стороны. Большая комната все такая же, как в детских воспоминаниях. Старая бабушкина мебель занимает всю стену. Кровать, трюмо с большим зеркалом отвоевывает свое пространство на противоположной стороне. В углу старенький телевизор, и ковер на стене затейливо скрывает маленькие узоры от карандаша на нежно-коричневых обоях. Аня оставляет чемодан и с сумкой проходит на кухню.
«Соседа нигде нет, и это к лучшему», — решает Аня, у которой нет желания любезничать.
В кухне чистота и порядок, и даже не верится, что тут живет одинокий студент. Девушка оставляет контейнеры с едой на столе и уходит в свою комнату. Отключает свет и забирается с ногами на низкую софу. Огромная луна смотрит в окно, пытается разглядеть, хочет познакомиться с новой гостьей. Она знает, что очень скоро они станут надолго лучшими подругами. Аня совсем не чувствует холод из открытого окна. Она поджимает ноги и с удивлением замечает, что уже несколько минут как плачет. Слезы тихо стекают, оставляют жгучие следы на щеках и шее. В большой комнате слышно лишь, как поет ветер, и короткие всхлипы от ее рыдания. Ветер подхватывает их и уносит вдаль, жалуется хозяйке ночи. Аня обхватывает себя руками в надежде хоть как-то успокоить вздрагивающее тело. Она одна, она сама так решила, разрушила крепкую стену, отказалась от теплых рук и заботы, она добровольно отказалась от любви. Что стоит теперь ее долгожданная свобода? Такая ошибка стоит ей сердца, которое не простит непослушную хозяйку, даже если она запуталась в чувствах и не справилась с эмоциями. Для нее нет оправдания.
***
— Да, Эдуард Викторович, — грубый мужской голос пронзает пространство. — Все, как всегда. Не волнуйтесь. Анна Михайловна дома. Контакта за последние четыре недели ни с кем не имела. Разговаривает только с подругой и выезжает к родителям.
— А что насчет парня? — перебивает доклад Эд.
— Парня пробили. Обычный студент четвертого курса. Съехал от отца из-за разногласий и теперь снимает комнату, — как по листочку читает голос. — Занимается боксом, любит делать ставки и имеет долги. Зарабатывает частными боями, — тараторит охранник.
— Долги — это плохо, — задумывается Эд. — Как бы он не втянул ее в неприятности. Какие у них отношения? — интересуется он.
«Что бы у этих ребят ни было, информация не должна уйти дальше этого телефонного разговора, — решает он. Сергею не следует знать такие подробности».
Мужчина напрягается в ожидании ответа.
— С Анной Михайловной он на контакт почти не идет, — голос спокойный.
На другом конце провода слышится вздох облегчения.
— Есть еще какие-то распоряжения?
— Нет, следи за ней. И будь всегда на связи, — шипит Эд.
— Понял.
Эд кладет трубку.
Глава 34.
Аню будет громкая музыка. Тяжелые веки опухли от очередных ночных кошмаров. Она поднимается с кровати и, не спеша, шаркая ногами, проходит в кухню. Изрядно потягивается от тяжелого сна.
— Ты что, оглох? Сделай музыку тише, — приказывает и грозно смотрит на взъерошенного мальчишку за столом. Он запихивает в рот бутерброд и причмокивает, затягивая в унисон песни.
— И тебе доброе утро, — мычит с набитым ртом парень. — Классная пижама, — смеется и лучше разглядывает соседку в розовой пижаме с кисками, у которой копна ярко-рыжих волос сбилась в комок после долгой ночи. — Наконец-то встала, — нажимает кнопку паузы парень. — Если я тебя не разбужу, то так и будешь спать вечно, — подмигивает и доедает остатки бутерброда.