Эд слушает затянувшийся доклад. Молчит, не перебивает. Все это он слышит уже не в первый раз. Его бойцы доложили об Ане первыми. Он прислоняется к холодному стеклу. Замораживает нервные окончания и глубоко затягивается. Сигарета шкворчит, шипит и немного потрескивает. Запах табака туманит тяжелую голову. Эд выдыхает облако дыма на окно, оно бьется о прозрачную гладь и растекается во все стороны, оставляя еле заметный след.
— Нашли мы ее через сорок минут в доме рыбака, — продолжает рассказ голос. — Войти не решились, — явно смущается, — так как шума или борьбы не было слышно, — говорит четко, выговаривает каждое слово. — Утром я под видом таксиста привез ее домой. С виду все с ней хорошо, на расспросы отвечала односложно.
Эд тушит очередной окурок в уже переполненной пепельнице. Едкий запах табака окутал весь кабинет и въелся в предметы и одежду.
— А что мальчишка? — наконец-то нервно спрашивает, а сам смотрит на заплаканные улицы города.
— Он переговорил с кем-то по телефону и уехал следом через пару минут. Ребята проконтролировали. Дома так и не появился пока, — протороторил телохранитель.
— Ты понимаешь, что Сергей Александрович нам всем бошки за нее оторвет! — орет в трубку Эд, делая акцент на слове всем. Он наконец-то дает волю своей разгулявшейся нервной системе.
— Простите, босс, впредь я буду бдительней.
— Этот Глеб на мотоцикле, вот и ты смени транспорт, а то пока жопу свою посадишь… Иначе пойдешь у меня школу охранять, — всерьез угрожает Эд.
Он отворачивается от окна, пейзаж надоел за несколько часов и засовывает руки в карманы брюк.
— Как скажете, — с дрожью в голосе. Ведь знает, что, и правда, запихнет в школу и не поморщится. — Будут еще какие-то распоряжения?
— Ребят отпусти и предупреди, чтобы не гу — гу. Возьми одного посмышлёнее и пусти за парнем присматривать, не нравится он мне, — говорит Эдуард и отключает телефон.
***
— Как такое возможно? — орет в трубку Надя. — Я честно не понимаю, почему они на тебя так липнут, прям как мухи, — с завистью возмущается подруга.
— Ты на что намекаешь? — смеется Аня, смотрит на свое отражение в зеркале.
Громкая связь заполняет пространство в ванной и потерянным эхом отскакивает от кафеля. Аня расчесывает мокрые волосы, дует розовые щеки и улыбается своему отражению.
— Ну, что замолчала?
Аня чувствует себя превосходно, несмотря даже на то, что уже две ночи спит в квартире одна и каждый раз вспоминает про ночь в старой лодке под грубой ветошью. Сегодня глаза совсем ожили, а сердце пытается биться. Глеб, и правда, помог выбраться из серой линии повседневности. Его аура поглотила девушку и зарядила чистой энергией.
— А что тут говорить-то? Один за порог, а ты в сарай. У вас точно ничего не было? Или ты мне не договариваешь? — шипит Надя, чувствует в задорном смехе подвох. Как-то очень быстро все поменялось.
— Точно! Ты вообще какого обо мне мнения? — удивляется Аня, берет телефон и идет на кухню. Утро в самом разгаре и кофе уже остыл. — Ты не понимаешь, я волнуюсь, — уже серьезно продолжает она. — Его уже две ночи нет, — откусывает пирожок девушка. Яркие лучи утреннего солнца освещают маленькую кухню.
— Значит, что-то все-таки было, — тревожно произносит подруга, хмыкает в трубку, как разъяренный ежик.
— Да не было ничего, — Аня злится и чуть не давится мягким тестом. — Я утром уехала на такси, а он так и не появился. Может, уже в полицию надо звонить?
— А чо не в морг? — продолжает нагнетать Надя. — Успокойся, наверное, домой поехал к отцу, а зарядка на телефоне села или просто не хочет с тобой пока разговаривать. Не бери в голову. Обиделся на то, что ничего не было, — подтрунивает Надя. — Давай лучше про день рождения поговорим. У нас все в силе?