Девушка послушно приносит капризной покупательнице ранее выбранные туфли и снимает сумку-клатч нежно-бежевого цвета с золотой вышивкой.
— Дайте мне еще пять минут, я переоденусь, и поедем в салон, — говорит, как в пустоту, Аня и скрывается за занавеской.
Из зала опять слышится возня и негромкий смех.
Еще через пару часов Аня смотрит на Олега в зеркало заднего вида в машине.
— Ты будешь нас сопровождать на балу?
В салоне пахнет вишней. Надя уже и здесь успела навести свои порядки. За два часа они успевают посетить салон красоты и отвезти подругу в институт. И вот теперь виляют в потоке машин, стараясь успеть побыстрее домой.
—
Нет, вас повезут другие телохранители, а на балу будет своя охрана, которую предоставляют организаторы, — пожимает плечами Олег.
Аня отмечает для себя, что с каждым днем он становится все более разговорчивым. И всего за два дня вполне заслуживает титул друга, а не охраны.
—
Жалко, — девушка смотрит на проезжающие мимо машины, они ускользают с невероятной скоростью, не успевают осесть на сетчатке и остаться в памяти, — с тобой как-то спокойнее. С кем я там буду разговаривать? — разочарованно бубнит себе под нос Аня. — Эти светские мероприятия меня угнетают.
—
Почему? — спрашивает Олег, плавно удерживая руль одним лишь пальцем.
—
На этих мероприятиях одна ложь. Все ходят такие напыщенные, улыбаются тебе, как дорогому другу, а дай им волю, воткнут нож в спину и не поморщатся, — Аню передергивает от воображаемой картины. — Знаешь, мне кажется даже Сергей меняется рядом с этими лицемерами, становится каким-то другим… — она задумчиво устремляет взгляд в окно, желая угадать, каким именно другим.
—
Да, ты права, это неприятно. Но для Сергея Александровича все эти люди — важные партнеры. Он подстраивается под эту среду обитания, и ему также приходится улыбаться.
—
Лицемерить, — поправляет его Аня.
—
Называй это, как хочешь, но если он даст слабину и покажет свое истинное лицо, его сожрут и не подавятся. Поверь, никто и не посмотрит на его влияния, — Олег выруливает на подъездную дорогу, сбавляет скорость и мягко движется вдоль салатовой листвы. Заезжает на подземную стоянку. Машина плавно останавливается. — А защитить его от этих гадюк можешь теперь только ты.
Охранник поворачивается к девушке и облокачивается на спинку водительского кресла. Он видит заинтересованный взгляд своей подопечной и решается продолжить разговор. Ведь должна же эта девчонка понять, как важна для Сергея Александровича.
— Раньше он каждый раз после таких встреч напивался с Эдуардом Викторовичем, они оба старались снять с себя стресс. Но как только появилась ты, — Олег растягивает рассказ, до конца не уверенный в правильности своего поступка, — Эдуард пьет один.
— Что я? Что произошло с моим появлением? — не понимает Аня.
Она смотрит на парня большими глазами, кажется, еще чуть-чуть, и сможет прочитать его мысли.
— Могу сказать тебе только одно. Он очень изменился. Я впервые за долгое время видел, как он смеется. Весь его персонал и телохранители в шоке от происходящего, — Олег отворачивается и глушит мотор, вылезает и помогает девушке выйти. — Аня, раз уж я тебе сегодня больше не нужен… — уводит разговор парень.
— Хорошо, поезжай, — Аня все понимает и улыбается самой открытой улыбкой, замечает, как большие глаза парня начинают блестеть.
И снова зеркало. Холодное и большое. Аня стоит в спальне, нарядная, и сверлит свое отражение взглядом. Из зазеркалья на нее, и правда, смотрит принцесса. Волосы приподняты сзади и заколоты шпильками, на которых красуются капельки жемчуга. Аккуратные пряди волос выбиваются из общей прически и свисают по бокам. Стилист хотел украсить голову диадемой, но Аня категорически отказалась, хотя сейчас жалеет об этом. Ее макияж идеальный в нежно-бежевых тонах, а губы покрыты помадой кофейного оттенка. Платье Аня надела сама, встала на каблуки и теперь в предвкушении ожидает Сергея. Поправляет длинные золотые серьги, которые визуально удлиняют ее шею и крутит кольцо с бриллиантом, то первое, поэтому и самое любимое.
Она в нетерпении ждет Сергея, подгоняет ленивое время. Ей так хочется увидеть его реакцию, его эмоции, блеск в глазах. Ане до щемящей боли в животе хочется знать, угодила ли она своему мужчине.
— Свет мой зеркальце, скажи, — улыбается себе Аня и пытается унять холодную дрожь, пронзающую ее тело. Коленки трясутся и ноги на высоких каблуках подводят свою хозяйку. — Свет мой зеркальце, скажи, — повторяет она уже более серьёзно.