Друг поднимает глаза, с трудом отрывает их от голого тела рыжей девицы, она нежно обвивает его талию и вдыхает ему в рот дым от сигареты. Тигрица сидит на столе и не поворачивается на крики со стороны. Сергей раздет по пояс. Рубашка валяется рядом, облитая красной жидкостью. Штаны расстегнуты. Все тело покрывают ярко-красные отпечатки чужих губ. Он небрежно проводит ладонью по ее плечам, спускается на грудь, с удовольствием мнет нежную кожу. Запрокидывает голову, мычит от наслаждения. Девушка опять затягивается едким дымом и выдыхает его струйкой в страстный поцелуй. Эд морщится. Он уже отвык от этой грязи. Перед глазами пролетают страшные сцены из прошлого. Безумные глаза друга, которые всегда молили его о помощи, когда он окончательно утопал во власти своих пристрастий. Пролетают улицы Лос-Анджелеса, все его закоулки и потайные углы. Грязь на лице такого дорогого ему человека и грязь под дорогими кроссовками Эда, прямо как сейчас.
Друг подходит ближе и нажимает кнопку на музыкальном центре. Резкая тишина каменной плитой падает к ногам и разбивается вдребезги. Танцовщица недовольно шипит и с грохотом опрокидывается на диван. Берет бутылку коньяка и припадает, жадно глотая жидкость. Тишина наконец-то отвлекает Сергея от девушки. Он поднимает глаза, пустые, с белой пеленой, но с той же мольбой о помощи.
— Эдик, — тянет он. — Ты быстро, присоединяйся, — улыбается и опять утыкается носом в щеку девушке. Эд подходит еще ближе, отталкивает проститутку. Она возмущается, но быстрым шагом идет к подруге.
— Вон пошли, — злится Эд, рычит, как зверь.
Гнев ощутимый силой пролетает по кабинету. Девушки от неожиданности вскакивают и с писком выбегают в дверь, даже не прикрывшись.
— Ты что творишь? — возмущается Эд. Его глаза горят от злости и страха. Не может все вернуться, не может Сергей так поступить по отношению к нему. Он так следил, заботился, оберегал. Не уберег. Эд втягивает сладкий запах сигарет, вспоминает это зловоние.
— Сергей, — парень трясет друга за плечи, — посмотри на меня. Когда ты так успел нажраться?
Мужчина опять поднимает ватную голову, мажет взглядом, не может даже сфокусироваться на милом лице друга. В его глазах застыл испуг.
— Что тебе надо? — тянет он. — Отстань, — Сергей откидывает его руки, начинает сопротивляться, размахивает невыкуренной сигаретой. — И зачем ты прогнал моих девочек! — возмущается он. От мужчины разит алкоголем и тонкими нотками травы. Он берет бокал и одним глотком осушает налитую в него жидкость и с остервенением тушит окурок о дно. Она шкварчит и смешивает свой запах с терпким ароматом коньяка. Тонкая струйка дыма ударяет в нос. Потом он встает, еле удерживаясь на ногах, одной рукой хватается за стол, а другой изо всей силы кидает пустую бутылку о стену. Вмиг загорается, как дикое пламя, немного трезвеет.
— Пошел на хуй отсюда, — и уже мягче, — девок верни, — выдыхает жгучие пары.
Эд не обращает на ярость Сергея внимания. Не боится, уже давно привык. Все, что сейчас надо ему, это вернуть заблудившегося друга из черной мглы и постараться не отпустить. Он хорошо знает, что с ним. Это ломка. Так ломает человека, когда он теряет любовь. Все повторяется снова. Парень берет себя в руки, глубоко вдыхает, голова начинает кружиться от ядовитого дыма. Что он опять тут курил? Эд знает, но не хочет в это верить, уговаривает, что это ему мерещится. Друг поднимает руку и со всей силой бьет Сергея в челюсть. Тот отшатывается, хватается за края стола, утирает капельки крови из разбитой губы. Быстро приходит в себя. Сергей хватает Эда за шею и бульдозером тащит к противоположной стене. Пугает остатки солнечного света. Вдавливает тело парня и еще сильнее сжимает пальцы. Рычит, как не человек, даже звери так на умеют. Лицо Эда краснеет, он открывает рот, задыхается. Из глаз тонкой струйкой по щекам начинают стекать капельки слез. Парень хватается рукой за запястье Сергея, пытается ослабить хватку и уже начинает хрипеть. Думает, что вот так и погибнет от руки самого дорогого человека. В его глазах застывает ужас, и холод накатывает, расползается от ног по всему телу.
— Сергей, — шепотом, уже еле слышно, — Сергей.
Мужчина приходит в себя от такого родного голоса и разжимает кисть. Сознание понемногу возвращается к хозяину, а гнев утихает. Эд падает на пол, хватается за горло, раздирает ворот своей футболки и заглатывает воздух с остатками чего-то сладкого. Отползает к дивану и пробует сделать глоток коньяка из почти пустой бутылки. Глаза щиплет, Эд утирает дорожки слез.
— Прости, — сухо говорит Сергей, а в голосе полно сожаления. Он садится на пол рядом с другом. Обхватывает голову руками, трет челюсть, бьет себя по щекам, пытается привести себя в чувства. Вернуть уснувшее сознание.