- Конечно-конечно, - ухмыляется Ленка. - Терапия, в которой вы оба в купальниках, в доме без сестры, и он твой персональный тренер. В следующей серии он предложит дыхательные практики. На двоих. Под пледом.
Я смеюсь. Потому что иначе с ней нельзя. Потому что с ней можно всё: и шутить, и бояться, и быть глупой.
- Так ты поедешь? - спрашивает она, вдруг отбрасывая весь свой остроумный сарказм.
- Поеду, - вздыхаю я. - Потому что… хочу понять. Кто он. Почему исчез. Почему вернулся. И я слишком ждала этого звонка, чтобы не пойти. Даже если потом буду жалеть.
Ленка смотрит на меня внимательно.
- Тогда надень тот закрытый купальник, где ты похожа на пловчиху из сборной. Чтобы не отвлекать его от обязанностей. Или наоборот... - она тоже почему-то вздыхает. - Главное - ни о чем не жалей. Просто живи. Ты и так стала другой за эти дни. Я не вмешиваюсь, но знай: если он тебя обидит, я позвоню всем его бывшим. Всем сразу. Может, они создадут альянс и отыграются на нем по полной за всё плохое и хорошее.
- Лен…
- Всё. Я молчу. Но если завтра не вернёшься - я позвоню Кире. А Кира позвонит своей маме. А та накостыляет своему сыночке. Так что веди себя умно.
- Спасибо, - улыбаюсь я.
Но внутри уже не до улыбок. Потому что там всё трепещет.
***
Всё остальное - как в тумане.
Я почти не помню, как добираюсь до комнаты, как перебираю вещи, как достаю полотенце, простые сменные шорты, спортивный топ, раздельный, но довольно консервативный купальник. Ничего вызывающего. Я не хочу быть вызывающей. Я просто хочу быть с ним рядом самой собой - хоть ненадолго.
Быть той, с кем он хочет говорить.
Быть той, к кому он позвонил первой.
Просто быть. С ним и для него.
Всё делается как будто вне моего сознания - тело само себя собирает в дорогу, пока голова мечется между "а если" и "ну всё". Потом стою перед зеркалом с рюкзаком в руке, и весь мир будто замер на одной ноте. Не такой, что звенит, а гулкой, низкой, тянущейся, как фоновый саундтрек к какой-то глупой мелодраме.
Тимур не дал мне ни единого шанса отказаться. Не предложил, а поставил перед фактом. Как будто знал: скажи он мягче - и я бы начала думать слишком долго, испугалась бы, отказалась. И мне почему-то важно, что он не притворялся вежливым и нежным. Нежность и вежливость - это не про него.
Со мной разговаривал... просто он. Такой, какой есть.
Я хочу увидеть его снова. Хочу услышать живой звук его уверенного низкого голоса. Хочу быть рядом, даже если потом будет больно. Потому что сейчас - без него, - уже невыносимо.
Я... еду. Это решено.
Делаю глубокий вдох и, кивнув своему взволнованному отражению в зеркале, быстро выхожу из общаги.
Глава 20. Победа или проигрыш..?
Тимур
Элитный односолодовый виски ложится на язык, как расплавленное золото - густое, терпкое, но не способное ни согреть, ни заморозить. Вещь редкая, коллекционная, хвалёная… Только вот мне, кажется, всё равно, что там в бокале.
Я не чувствую вкуса.
Сижу на веранде, в тени, нога на ногу, спина на шезлонге, а взгляд - в никуда. Бассейн в крытом прозрачном павильоне передо мной искрится солнцем, как выставочный экспонат. Всё это - огромный дом, терраса, идеальные линии архитектуры, зелёные лужайки, даже этот алкоголь - просто антураж для меня. Привычный и скучный. Я живу в этом антураже, как в красочной удобной коробке, которая давно перестала удивлять.
Алиса должна приехать с минуты на минуту.
Снова, как обычно за последние пару дней я будто слышу со стороны свой собственный голос в голове: "Ну и зачем ты всё это устроил, Тимур? Оно тебе прям так надо..?"
Ответ где-то на грани желания доказать, что я могу, и ярости за то, как она ляпнула тогда свою незабываемую фразу на той шумной вечеринке, среди музыки, смеха и моей тусовки с моими друзьями, в глазах которых я всегда был на высоте.
“...ничего особенного у него там нет!.. Никому не интересен вообще этот… стручок!”
И да, она, конечно, потом испугалась, покраснела и убежала, наверняка думая, что не то хотела сказать… Только мне-то пофиг, чего она там хотела. Она сказала. Громко. Опустила перед всей моей тусовкой, где я царь и бог в одном лице.
В который раз напоминаю себе, что я не тот, кто оставит такое дерьмо без ответа.
Опять же, мой порше на кону. Красный, агрессивный, вылизанный до последнего болта. Сделать его залогом - это не просто дерзость, это почти вызов самому себе. Но ставки должны быть высокими, иначе нет смысла. И если я пересплю с Алисой и докажу это, то железно реабилитирую подпорченную репутацию. Не то, чтобы, конечно, моя репутация вообще как-то пострадала из-за ее выходки, нет. Но я давно усвоил правило выживания в своей тусовке.