Теперь мне хочется убраться отсюда подальше. Судорожно цепляюсь за поручень лестницы.
— Я на пробежку, не бойся, — озвучивает даже будто устало.
Встает с шезлонга, делая глоток воды, и отворачивается.
Такая странная реакция, которая совершенно не вяжется со вчерашним днем. В замешательстве, так и держусь за поручень, стоя наполовину в бассейне.
Рассматриваю спину, покрытую то геометрическими узорами, то ли витиеватыми уплотнениями, так сразу и не поймешь, что набито на его теле. Но факт остается фактом, там наверное ушло не меньше пяти литров чернил.
— Лапуль, — не оборачиваясь подает он голос: — Если будешь так смотреть, я не смогу уйти…
Краснею тут же отворачиваясь, и все таки выхожу из бассейна.
Идиот.
Накидываю полотенце на плечи, стоя к нему спиной. Хотя, знаю, что парень скорее всего пошел в лес, тем не менее, судорожно даже нервно, и от холода, в том числе, натягиваю на влажное тело футболку. Сую ноги в сланцы, и стремительно скрываюсь в доме.
Быстрее бы уже Маша проснулась, чтобы мы, наконец, отсюда уехали, и больше никогда не встречались бы с этим человеком.
Глава 12
Ян
Оставляю Лапулю за спиной, хотя это стоит неимоверной выдержки, но правильно Яр подсказал, пугаю ее.
Хотя, разыгранная сцена вчера пришла, как никогда кстати. Но и разыграна, конечно, не до конца. Эти белые волосы не запомнил только ленивый, и очень не хочется, чтобы ее запомнили парни Гаспара.
Этот пес не отличается благородством.
Смахиваю мрачные мысли, выходя за территорию, и начинаю свой забег. Надо бы в норму прийти, вечером все же на бой придется выйти, а вчерашние парочка коктейлей явно не на пользу.
Пока бегу, мысли так и крутятся на девчонке. По сути то, вон рыжая ни на шаг не отходит, так и норовит запрыгнуть на колени, но нет же.
Ульяну хочу.
И черт его знает, что так манит в недотроге.
Сам голову за ночь сломал, а когда зашел проверить, залип как идиот.
Наблюдал за сном девушки.
Такая нежная, прямо веет трепетом и лаской.
Кажется, что если она рядом, то будто теплом все вокруг омывает, солнце, мать его, светит над башкой. А в моей жизни редко бывает солнце, скорее ночь, мрак и пустота.
Только лишь бои и скорость адреналином разбавляют серые будни.
Волосы эти по подушке раскиданные, футболка почти просвечивающая аккуратные ареолы сосков, оставляя загадку, но при этом будоража сознание.
Это ж стыд и позор, Вихрь.
Усмехаюсь, врубаю музыку в наушниках на всю катушку, хотя бы тут отдохнуть немного и затереть этот образ.
Час в ночи отмокал в холодном душе, чтобы спустить стояк, иначе просто невозможно. Еще не хватало как подростку дрочить на картинку.
Бегу к озеру, где с ней были, и решаю сделать забег кругом.
Понемногу голова рассеивается, спорт, как ни крути, лучший помощник мозги на место поставить. Хотя, кажется, одному из нас не помогает, снова слышал рыки Яра на его Занозу. Вот ведь неймется, и разбежались бы уже, что себя насиловать.
Бегу дальше, потеряв счет времени, а когда уже оказываюсь у входа в дом, понимаю, что солнце взошло.
Вхожу на территорию, взгляд тут же сканирует пространство, но вижу только приглашенный персонал для уборки. Парни видимо еще отлеживаются, а может и до сих устраивают бои в постели. Девчонок тоже не видно, лишь пара сидят и курят у бассейна.
Прохожу дальше, а взгляд тут же падает к окну, дальней от моей, комнаты. Свет не горит, но шторы уже раскрыты, значит, собирается девочка.
Надеюсь, что успеем еще парой фраз перекинуться. Наверняка ведь не останется здесь на вторую ночь, мне и самому выехать в город придется. Иду к себе, желая принять холодный душ, и можно будет подумать о чем-нибудь сильно калорийном для завтрака. Только вот голоса на кухне отвлекают. Вытирая пот влажной футболкой, накидываю ее на плечи, и двигаюсь в ту сторону.
А там…там картинка, которая встречает, мать его, тем самым теплом.
Вижу Ульяну и девушку Ярослава. Обе что-то усердно готовят, стоя за плитой, на стуле рядом угрюмый Яр пьет кофе.
— Доброе утро, — хриплю, бросая взгляд на друга.
— Привет, — тут же реагирует его пассия: — Мы тут немного взяли дело в свои руки, — озвучивает она с улыбкой и каким-то кухонным предметом в руках.
Усмехаюсь и киваю.
— Мне тоже положено? — задаю вопрос, а Яр кивает с усмешкой.
Передо мной Ульяна ставит тарелку, а на ней бутерброды и омлет.
Посылаю в нее взгляд, но девчонка на меня даже не смотрит.
— Это для меня? — намеренно делаю акцент прожигая ее глазами.
— Это для всех, — тут же тихо бурчит.
Очевидно, со мной она может только озлобленно бормотать, но явно не говорить. А нет, еще вариант, испуганно таращиться и от страха слов не связывать.