– О Боже! – Я прижимаю руку к губам, силясь удержать навернувшиеся слёзы. – За шлюху меня принял?
– Что?! – Эрик в ужасе распахивает глаза, глядя на меня, будто на сумасшедшую. – Что ты такое несёшь?
С горькой усмешкой на губах качаю головой. Видимо, моя судьба – быть шлюхой в глазах мужчин безо всякого на то повода.
– Не слишком ли рано вы сделали выводы, мистер Форд? – насмешливо развожу я руками. – К твоему сведенью, у меня за всю жизнь было двое мужчин, и второй – это ты! Так кто из нас шлюха, Эрик?
Мой голос обрывается – и между нами повисает звенящая тишина. До меня начинает доходить, что я только что обозвала его шлюхой.
Вот блин! Что вообще нашло на меня? Может, я неправильно поняла его?
Чёрт!
Он не сводит с меня злого взгляда. На вдруг заострившихся скулах проступили желваки.
Мне становится страшно. Эрик так неожиданно делает шаг в мою сторону, что я даже вздрагиваю. Он быстро преодолевает расстояние между нами, хватает меня за подбородок и с ощутимой силой сжимает.
– Я ни слова не сказал о том, что считаю тебя шлюхой! – яростно цедит он, прожигая меня насквозь недобрым взглядом. – Не сказал, потому что не считаю тебя таковой: знаю, что это не так. Чего я не знаю, так это того, что за дерьмо в твоей голове и кто вбил его туда, но, если ты ещё раз устроишь нечто подобное, – он с шумом втягивает воздух сквозь трепещущие ноздри, – мы попрощаемся, Ханна. Мы поняли друг друга?
Я киваю, хотя он всё ещё сжимает мой подбородок, и это не просто сделать.
Остаток пути до парковки мы проходим в молчании. Он больше не держит меня за руку, отчего моей ладони как-то сиротливо. Я кожей чувствую, что он ещё не успокоился. Будь это Джек, я бы уже валялась на полу, а его ноги пинали бы меня. Но Эрик не Джек. Не Джек. Я напоминаю себе это каждый раз. Даже сейчас, когда он в гневе, он держит себя под контролем, и, хотя я немного испугалась его вспышки, во мне нет липкого, удушающего ужаса, который Джек заставлял испытывать меня.
– Ханна, – зовёт меня Эрик, когда мы садимся в машину. Он не торопится заводить двигатель и даже не смотрит на меня. Я поворачиваю голову к нему, не произнося ни слова. Взгляд Эрика устремлён прямо, а губы плотно сжаты. – Я ненавижу женские истерики. Пожалуйста, избавь меня от этого, иначе ничего не выйдет.
Я не знаю, что на это ответить. Он всё же удостаивает меня взглядом, и я не нахожу в нём ни тени каких-либо эмоций. В нём даже больше нет гнева, на который я могла бы списать его заявление.
Нет, он полностью серьёзен. Я вспоминаю день, когда впервые увидела его. Он разругался по телефону с Лив. Теперь я понимаю из-за чего.
Он хочет, чтобы я была кроткой? Беспрекословной? Джек всегда хотел видеть меня такой. У них разные методы, но похожие ожидания.
Что-то рвётся внутри меня. Из-за комка в горле не могу и слова вымолвить, а потому только киваю и отворачиваюсь к окну. Больше ничего не добавив, Эрик заводит машину, и в этот момент его телефон звонит.
У Эрика голос меняется почти сразу, как только он отвечает на звонок. Не знаю, кто на том конце трубки, но похоже, вести принёс недобрые. Эрик встревоженно хмурится, тон становится беспокойным.
– Она в порядке? … Где была Донна? … Конечно, я приеду. Что за вопрос, Сьюзен?
Он отключается, прячет телефон во внутренний карман пиджака и несколько секунд напряжённо смотрит перед собой, стиснув руль.
– Извини, но сейчас я не могу отвезти тебя домой, – он немного рассеян, когда смотрит на меня. – Мне надо ехать в больницу.
– Что-то случилось? – осторожно спрашиваю я, немного теряясь от того, что ещё не видела его таким.
– Моя мать попала в больницу. Моя сестра там, и я должен…
– Да, конечно, я понимаю, – я быстро киваю, и, больше ничего не добавляя, Эрик выезжает с парковки.
– Так что произошло? Что-то серьёзное? – осмеливаюсь спросить я, когда проходит пять минут пути в полном молчании.
– Она потеряла сознание, но что именно произошло, я не знаю.
Я видела, что ему сейчас не до разговоров, поэтому не стала более приставать с расспросами.
В больнице Northwestern Memorial мы поднимаемся на пятый этаж, где в комнате ожидания находится его сестра, которую я хорошо запомнила по фотографии.
– Как она? – спрашивает Эрик, обменявшись объятьями с сестрой. Я замечаю, как в глазах этой женщины отражается облегчение в связи с появлением брата, и это наводит меня на мысль, что Эрик в её жизни играет значимую роль.
Я могла только позавидовать этому.
– Стабильно, но пока не проснулась. Доктор Мортимер сказал, что надо сделать анализы. Эрик, я боюсь! – Сьюзен Форд прижимает ладонь к дрожащим губам. – А что, если болезнь вернулась?
– Давай для начала дождёмся результатов анализов, – сдержанно отзывается Эрик, притянув сестру в свои объятья.
Я чувствую себя неловко, жалея, что не уехала домой на такси. Очевидно же, что меня не должно быть сейчас здесь.
Кажется, впервые с тех пор, как мы тут, сестра Эрика замечает, что он пришёл не один. Она смотрит на меня с лёгким удивлением, потом выгибает брови в сторону брата в немом вопросе.
– Сьюз, это Ханна, Ханна, это моя сестра Сьюзен, – представляет друг другу нас Эрик, не уточняя, кто же я.
– Приятно познакомиться, Сьюзен. – Я протягиваю ей руку, радуясь, что она не дрожит. – Хотя очень жаль, что при таких обстоятельствах.
– Спасибо.
Сестра Эрика отвечает на рукопожатие, но в её глазах читается сомнение. – Так, а вы…
– Сьюз, у них был только чёрный. Держи.
Я оборачиваюсь вслед за Эриком на женский голос. Его сестра берёт протянутый ей стаканчик кофе и улыбается блондинке, которую я вижу впервые.
– Спасибо, Айла.
– Айла, – Эрик едва заметно кивает, и я замечаю на его лице улыбку, которую я бы описала одним словом – вежливая. – Ты тоже здесь.
– Ну, разве я могла не приехать, – с лёгкостью отзывается та. Тут её взгляд устремляется ко мне. – А это… – Она изгибает брови, в глазах читается интерес.
– Ханна. – Эрик поворачивает голову ко мне. – Ханна, это Айла, моя…
– Жена, – опережает его женщина, подавая мне руку. – Миссис Айла Форд.
Глава 10
– Бывшая жена, – поправляет Эрик, и моё замершее сердце вновь начинает биться. Было бы более чем неловко, окажись у него вдобавок ко всему ещё и жена. Хотя… я даже не могла упрекнуть его в том, что ничего не сказал о ней, потому что сама скрываю правду о себе.
– К счастью, – парирует Айла, улыбнувшись Эрику и вновь обращая внимание на меня. Очевидно, что она меня оценивает, и это не слишком приятно.
Скоро к нам выходит пожилой доктор и долго разговаривает с Эриком и Сьюзен, а я тем временем отхожу в сторону, потому что не думаю, что имею право находиться здесь. По тому, как держится Айла – миссис Форд – я понимаю, что развод не поставил крест на их общении с Эриком. Они поддерживают связь, но я не могу быть уверенной в характере этой связи.
Впрочем, меня это не касается. Хотя я всё равно ревную его. Ревную Эрика к его бывшей жене. Это должно бы пугать. И это пугает.
Я отошла за кофе, не став никого предупреждать, чтобы не прерывать доктора. Мне хочется взять такси и уехать домой, но это будет грубо. Поэтому я стою возле кофейного автомата и не могу никак определиться с выбором.
Думаю, я просто не хочу возвращаться.
– Мы можем ехать.
Я поднимаю голову – Эрик стоит в нескольких шагах от меня, как всегда великолепный и немного уставший, и я думаю: «Я тебя не знаю. На самом деле ничего о тебе не знаю. Мы два незнакомца, которые топят друг в друге своё одиночество».
Я уж точно.
– Нужна мелочь?
Он кивает в сторону автомата, вынимая бумажник, но я останавливаю его.
– Не надо, я передумала. Если ты освободился… – Я с трудом смотрю в его глаза, всё ещё находясь под впечатлением от его недавней вспышки.
– Да. Пойдём, я отвезу тебя.
– Наверное, мне надо попрощаться. – Я в нерешительности оборачиваюсь в сторону комнаты ожидания, не имея никакого желания идти туда.
– Ни к чему. Я сказал, что мы уезжаем.
Пока мы спускаемся в лифте (и весь путь до машины), оба сохраняем молчание. Не знаю, о чём думает Эрик, но я думаю о том, что вот здесь бы и поставить точку. Очевидно же, что мы не подходим друг другу.