Единственная остановка, которую мы сделали, пока не нашли отель, был магазин на заправке, куда Эрик зашёл купить презервативы, а я тем временем себе чуть ногти от нетерпения не сгрызла.
Это была не просто физическая потребность тела. Он действительно мне нравился, и, хотя я не планировала бросаться в омут с головой, впервые после смерти Джека я не думала, что моя жизнь также закончена.
Джек навсегда останется в моём сердце, но для меня пришла пора двигаться дальше. С Эриком или без него.
Не успела за нами захлопнуться дверь номера, а мы уже едва не разрывали друг на друге одежду. Даже до кровати не добрались – первым на нашем пути оказался диван. Эрик потянул меня за собой, и я оседлала его ноги.
– Я и забыл, какая ты сладкая. – Скользнув рукой по моему животу, он скомкал мою блузку в кулаке. В моих ушах раздавался звук его тяжёлого дыхания. Эрик сдвинул чашечку лифчика, и моя грудь легла в его ладонь, о которую тёрся мой ставший чувствительным сосок.
Не сдержавшись, я застонала, слегка откинувшись назад. Эрик наклонил голову, и в тот момент, когда его губы накрыли сосок, дикое, самое примитивное желание устремилось к центру моего естества.
Мне было нужно, чтобы он немедленно оказался во мне. Эрик и сам понял это – запустив руку под мою юбку, коснулся моих трусиков, согретых желанием моего тела.
– Что ты со мной делаешь?! – выдохнул мужчина, возвращаясь к моим губам. Его раскалённое тело вибрировало в такт голосу: он был по-настоящему напряжён.
Я не знала, что именно делала с ним и было ли это похоже на то, что делала Ханна. Во мне происходило нечто странное: моё тело сохранило память о его прикосновениях, знало их, но для меня всё было новым и очень волнующим.
Я схватилась за волосы на затылке Эрика и, наклонив голову, провела языком по твёрдой линии его челюсти, слегка прикусив её зубами.
Из его груди вырвался низкий рык в ответ на мои действия.
– Надень презерватив, Эрик, – жарко прошептала я ему на ухо. – Скорее, потому что я так сильно хочу тебя, что готова воспламениться.
Мне и правда казалось, что ещё немного – и моя кожа на самом деле заполыхает. Эрик вынул пачку презервативов из кармана, а я опустилась между его коленей, чтобы помочь стащить брюки.
Поглядывая на меня своими потемневшими, одичавшими глазами, Эрик быстро справился с контрацептивом. Моя блузка была распахнута, лифчик сдвинут, но на мне всё ещё оставалась свободная юбка и трусики.
Я поднялась и без смущения, под наблюдающим взглядом мужчины сняла с себя лишнюю одежду. А затем, не торопясь и не прерывая контакта с его глазами, медленно опустилась на него.
Эрик
Джейми потянулась, и её грациозное тело обозначилось под тонкой простынёй. Открыв глаза, несколько раз моргнула, и сонная, расслабленная улыбка тронула её чуть припухшие от поцелуев губы.
– Ты что, глазел на меня, пока я спала?
После сна её голос был чуть хрипловатый, что делало его очень сексуальным. Я вновь хотел её, и подозреваю, так будет всегда.
Мне всегда будет мало. Поэтому я хотел её всю.
Навсегда.
– Я не хочу, чтобы ты возвращалась в Арваду, – без тени улыбки признался я.
Я проснулся полчаса назад и всё это время сидел напротив кровати, смотрел, как она спит и соображал, какие слова сказать ей, чтобы она осталась.
Джейми нахмурилась, и небольшая морщинка пересекла её лоб. Медленно села и, придерживая простыню на груди, перекинула спутанные волосы на левое плечо. А у меня дыхание перехватило от того, какой прекрасной она была. И я не хотел её потерять. Сама мысль о том, что она уедет и всё закончится, приводила меня в отчаяние.
– Мой дом в Колорадо, Эрик, – спокойно напомнила мне Джейми.
Будто я мог об этом забыть!
– Твоя жизнь теперь здесь, в Чикаго, и ты не станешь этого отрицать, Джейми.
Я поднялся с кресла и пересел на кровать.
– Ты перепутал меня с Ханной, – холодно усмехнулась она.
Я стиснул челюсти, понимая, что должен быть терпеливым.
– Не надо так. Разве ты ещё не поняла, что я давно воспринимаю тебя настоящую? Мне нужна Джейми. Мне нужна ты.
Я никогда не думал, что хоть одну женщину в мире стану убеждать и уговаривать остаться со мной.
Жизнь – особа коварная и непредсказуемая.
– Это потому, что тебе со мной в новинку, но однажды я надоем тебе так же, как и любая другая женщина.
Она ошибалась! Как же она ошибалась! Но как мне донести это до неё?
– Знаешь, ещё недавно я был бы напуган мыслью о детях, жизни в пригороде и фланелевых рубашках в клетку. А сегодня, когда мы были на празднике, я представил такую жизнь с тобой и… – я пожал плечами, надеясь, что не звучу как последний придурок, – мне это даже понравилось. За исключением рубашки, конечно.
Слабая улыбка приподняла уголки её губ.
– Ничего не выйдет, Эрик. Я становлюсь сумасшедшей из-за ревности, а вокруг тебя всегда будут женщины, от которых ты не сможешь отказаться. Мы уничтожим друг друга.
Я покачал головой, не соглашаясь.
– Я не боюсь твоей сумасшедшей ревности.
– Потому что пока ты видел только мою хорошую сторону. Но стоит мне в тебя влюбиться, как подозрительная, ревнующая Джейми вырвется наружу.
– Значит, ты не влюблена в меня? – приподняв одну бровь, спросил я.
Джейми прикусила губу, а потом накрыла лицо ладонями.
– Я не буду торопить тебя, – отнимая руки от её лица, пообещал я. – Нам обоим стоит поработать над нашими пороками. Что скажешь, если мы будем делать это вместе?
Джейми усмехнулась, покачав головой.
– Ты не представляешь, во что ввязываешься сейчас.
Я притянул её к себе для поцелуя.
– Так покажи мне. Мне уже не терпится увидеть.
***
– Смотри, снег пошёл! – радостно засмеялась Джейми, подняв голову к тёмному небу, с которого, кружась, падали хлопья первого снега. – В детстве, когда выпадал первый снег, я выбегала на улицу и делала вот так!
И, высунув язык, она стала ловить им снежинки, кружась вокруг своей оси.
Джейми была такой красивой и смешливой, и я никак не мог сдержать широкой улыбки на лице.
– Давай, это весело! – помахала мне она. Снежинки налипли на её ресницы, а щёки раскраснелись на холоде, и в этот момент она показалась мне ангелом, спустившимся на землю в эту волшебную ночь.
– Я слишком стар для этого, – не очень убедительно отказался я.
Джейми закатила глаза.
– Не прикидывайся! Я знаю, что ты не так стар, как говоришь. – Она лукаво взглянула на меня своими озорными глазами. – Ну же, смелее! – Я огляделся, убеждаясь, что поблизости нет свидетелей, но быстро плюнул на это. На самом деле это не имело значения. Рядом со мной была женщина, которая приносила счастье в мою жизнь. Важным было только это. Поэтому я высунул язык, чувствуя, как падают и тают холодные снежинки.
– Разве это не здорово? – захлопала в ладоши Джейми. Я посмотрел в её сияющие глаза и кивнул. Это правда было здорово, и она была причиной всего. Она была рядом. И внезапно всё стало просто и понятно.
Вот он, секрет счастья: если она будет со мной, я никогда больше не усомнюсь в смысле своей жизни. Даже если она будет сумасшедшей ревнивицей, даже если будет выяснять отношения каждый день, даже если сорвёт ещё не одни переговоры в моей работе.
– Я люблю тебя, – признался я, и это было так естественно и легко, потому что эти три слова отражали то, что я чувствовал к ней.
После всех лет, которые я провёл, удовлетворяя свои эгоистичные желания, я готов был отдать ей себя полностью и делать всё для того, чтобы видеть улыбку на её прекрасном лице.
Джейми резко вздохнула и замерла, посмотрев на меня испуганными глазами. Казалось, время остановилось в ожидании её ответа.
Моё сердце, которое, как я думал, перестало чувствовать много лет назад, находилось в её руках. И от того, как она распорядится им, зависело всё моё будущее.
Эпилог
«Приглашаем вас на празднование первого дня рождения Мэттью и Зоуи, которое состоится 17 июня в 15:00 по адресу: Нейпервилль, Поплар-стрит, 3569.
С уважением, Джейми и Эрик Форд».