— Мардука? — я с удивлением покосилась на сына Владыки Ветра.
— Да, — самодовольно отозвался тот. — Именем Мардука названа самая крупная из всех планет!
— Самая крупная... — я задумалась. — Имеешь в виду Юпитер?
— Мы не называем Великую планету именем этого выскочки, — презрительно возразил Энки.
Я чуть не прыснула, услышав, как здесь отзываются о главном божестве римского пантеона. А Нинурта наверняка Меркурий, Марс или... Сатурн? Ну конечно! Как-то читала о "Великом соединении" Юпитера и Сатурна — явлении, действительно крайне редком, когда эти планеты подходят настолько близко друг к другу, что сияют в небе почти, как одна. На Земле этим интересуются разве только астрономы. Здесь же, чтобы отпраздновать событие, соберутся божества всех пантеонов.
— Всех? — уточнила я. — Без исключения?
— К празднованию никто не принуждается, — Энки явно удивила моя дотошность. — Но из значимых пантеонов обычно присутствуют все.
— А смертные? — осторожно уточнила я. — Им присутствовать разрешается?
Медовые глаза Энки чуть сузились, а Мардук, осушивший очередную чашу, накрыл лапищей моё колено и заверил:
— Мардук будет рад, если на празднике ты будешь рядом с ним.
— Смертным это не запрещено, — проговорил Энки. — Но их присутствие на Празднестве зависит от воли их повелителей.
Дальше он пустился расписывать, каким грандиозным будет событие, ведь встреча планет произойдёт не когда-то, а в ночь Голубой Луны — второго полнолуния за месяц, что тоже случается крайне редко. Но я уже слушала его вполуха, думая совсем о другом. Если купившие Вив и остальных наших товарищей по несчастью будут присутствовать на празднестве, у нас появится шанс увидеться и вместе решить, как вернуться на старушку Землю. Ещё бы выяснить, к кому попала Вив и придумать, как подать ей весть о спасительной вечеринке и необходимости присутствовать на ней...
— Я тоже буду рад видеть тебя на празднике, Эанна, — пальцы Энки невзначай прошлись по моему бедру. — В голубом сиянии луны твоя красота будет неповторимой.
Но "заигрывание" не укрылось от Мардука. Нахмурившись, сын главы пантеона дёрнул меня к себе и грозно прогремел:
— Только в отведённую тебе ночь смеешь ты коснуться Девы с Глазами Цвета Неба, но не прежде!
По лицу Энки пронеслось раздражение.
— Твоя ночь на ложе Девы с Глазами Цвета Неба ещё тоже не наступила. И всё же ты касаешься её.
Первая стычка из-за моих глаз "цвета Неба" — не ожидала, что хлопанье ресницами даст результат так быстро. Пряча улыбку, я потянулась к кубку и, поднеся его к губам, подмигнула напряжённо наблюдавшему за всем Гильгамешу — его происходящее явно забавляло меньше, чем меня.
— Мардук смеет касаться девы, потому что она — дар его отцу, — возразил сын Владыки Ветра, — и избрала Мардука своим возлюбленным!
Я поперхнулась сикерой и, закашлявшись, опрокинула кубок. Энки и Мардук заметно заволновались, но что со мной делать не знали — здесь, очевидно, не принято стучать по спине. Краем глаза видела, как беспокойно дёрнулся на своём месте Гильгамеш. Интересно, задохнись я сейчас, Бесстрашного наказали бы за то, что его приобретение оказалось нежизнесопособным? Но, к счастью для него, никто не обратил особого внимания ни на мой надсадный кашель, ни на сикеру, выплеснувшуюся на яства, и восстановив дыхание, я поняла почему. Большинство божеств успело упиться в хлам, и им было попросту не до подобных мелочей. И это — только завтрак! Страшно даже представить, что будет за ужином, не говоря уже о Великом Празднестве в честь встречи планет! Но, если божества других пантеонов так же относятся к спиртному, побег — не так уж и невозможен. Нужно лишь всё как следует разузнать и подготовить.
Ободряюще улыбнувшись обеспокоенно глазевшим на меня "сотрапезникам", я махнула рукой, будто захлёбываться сикерой для меня — привычное дело. Мардук, видимо, желая утешить и заодно закрепить звание моего "возлюбленного", которое сам себе присвоил, размашисто погладил меня по волосам, чуть не сорвав тиару, и я досадливо подумала, что перестаралась с хлопаньем ресницами. Когда уже этот завтрак закончится... И, словно отвечая на мои "молитвы", Владыка и Владычица Ветра поднялись со своих мест — Утренняя Трапеза подошла к концу. Я подскочила следом, нежно улыбнулась Мардуку, послала воздушный поцелуй Энки, и, прежде чем хотя бы один из них успел подняться, смешалась с толпой покидавших пришество божеств.