- Конечно, любимый! И счастлива, как никогда!
- Я не оставлю тебя в эту ночь, - обещал он и посмотрел ей в глаза. – Не сейчас, когда ты, наконец-то – моя!
- Не оставляйте меня, Демьян Михайлович! Ни сегодня ночью, и никогда!
Розовый рассвет застал Демьяна и Агнию в его кровати. Пироги были съедены ещё ночью, когда обоим требовалось подкрепить свои силы, а чай выпит. Петухи давно закончили петь и со двора доносились звуки обычного житейского дня. Однако, для двоих влюблённых, ни прошедшая ночь, ни этот новый день, уже не были обыкновенными.
Демьян проснулся первым и с тревогой прислушался к дыханию жены, прикоснулся к ней рукой. Жива. Тёплая. Спит. Гляди-ка – даже улыбается во сне! Он встал с кровати и удалился не на долго в соседнюю со своей спальней комнату. Пока он отсутствовал, Агния тоже проснулась. Она сладко потянулась всем телом и почувствовала, как всё внизу у неё болит. Не сильно, а только саднило очень. Она поморщилась.
Как раз в тот момент, когда Демьян вошёл в спальню, Агния, морщась от боли, встала с кровати и попыталась дойти до своей ночной рубашки, брошенной на стуле неподалёку от кровати. Ноги её подогнулись, и она едва не упала, но Демьян успел её подхватить.
- Боже! Агния! Тебе плохо? Ты больна? Неужели это уже начинается? Нет, нет!
Агния с тревогой посмотрела на Демьяна, удобнее прижавшись к нему всем телом.
- Начинается что, Демьян Михайлович?
- Как что? – воскликнул он, - проклятие! Ты умираешь?
Она покраснела и, прижавшись щекой к его покрытой волосами груди заметила, глядя ему прямо в глаза:
- Я вовсе не умираю, Демьян Михайлович! Мне хорошо. Просто я ещё не привыкла к Вам. Моё самочувствие вполне естественно!
Он молча поцеловал её, обнял, и, одев её в ночную рубашку, проводил куда ей было надобно.
Глава 8
Не смотря на все уверения жены в том, что она чувствует себя хорошо, Демьян всё таки настоял на своём и сделал два важнейших, как ему казалось, дела: уложил жену в кровать и обеспечил ей полный покой, а также послал в город за доктором.
- Демьян Михайлович, для чего Вы вызвали доктора? – искренне недоумевала Агния.
- Если тебе вдруг станет плохо, я хочу, чтобы врач был поблизости, чтобы успеть спасти тебя!
- Что? Станет плохо? Спасти меня? О чём Вы говорите? Ведь я прекрасно себя чувствую!
- Те, кто умерли до тебя - тоже были абсолютно здоровы! – скептически заметил Демьян и, нахмурившись, встал перед кроватью, сложив руки на груди.
Агния поняла, что он говорит совершенно серьёзно, но решительно отказывалась в это верить. Боже, как мог её муж носить в себе эту боль двадцать лет? Его страх смешивался с чувством вины. Она отчётливо понимала, что он винит в себя в гибели тех несчастных женщин. Но Агния отказывалась верить, что проклятие какой-то бабы из далёкой деревни могло сломить здоровье молодых и цветущих женщин, с которыми он был близок. От этих мыслей она почувствовала на секунду укол ревности, но тут же отогнала его от себя – ведь, в конце концов, всё это – дела давно минувшего.
Демьян стоял у изножья кровати и сурово смотрел на жену, сложив руки на груди. Агния покраснела под его взглядом, но глаз не опустила. Воцарилось молчание. Слышно было, как тикают часы на столе. По его упрямому выражению лица Агния поняла, что спорить с ним сейчас бесполезно. Вздохнув, и сделав вид, что капитулирует, она обернулась, поправила подушку, и, откинувшись на неё, кротко улыбнулась Демьяну.
- Значит, - начала она с невинной улыбкой, - Вы, мой супруг, запрещаете мне нынче днём покидать Вашу кровать и заниматься домашними делами? Ну, что же, я могу только порадоваться Вашему проклятию, потому что отдых в Вашей постели – это лучшее, о чём я могла сегодня мечтать!
- Агния! – понизив голос сказал Демьян. – Ты играешь с огнём! Проклятие существует!
- А Вы испытываете моё терпение, Демьян Михайлович! Ну, право! – сказала она и так забавно хлопнула ладонями по одеялу, что Демьян не смог сдержать улыбку и усмехнулся в усы.
- Ладно, хорошо, можешь встать с постели и заняться делами, раз тебе так хочется. Но только смотри – из дома ни шагу!
Не слова более не говоря, он вышел, отправив к жене Глашу, которая уже рыскала по дому в поисках своей госпожи и была очень приятно удивлена, увидев её посреди господской кровати с розовыми щеками и сияющими глазами.
После утреннего чая у дверей зазвенел колокольчик, и в дом вошёл Евгений Львович Корвин – врач. Поправив очки, Евгений Львович коротко поздоровался с хозяином дома и, услышав о причине, по которой он был вызван, уставился на него в замешательстве: