— Угу. В ШИЗО не был, идеальный заключенный. Из нарушений… ну, разве что мобилой чужой пользуется. В бараке у них есть. Но на это администрация закрывает глаза. С трафиком дури не связан, работает, мебель делает. Видимо, рассчитывает на УДО, потому такой идеальный.
— Хмм…
Инстинкты обострены до предела. Азарт играет в крови, впрыснут огромной дозой.
Мне нужно выяснить, что произошло.
И я это выясню.
16
— Руслан? — открыла дверь, и удивленно взглянула на него.
— Где радость в голосе? Где поцелуй?
— Эммм…
— Не рада? Мне уйти? — Руслан сделал шаг от двери.
— Нет! — воскликнула, и рассмеялась, поняв, что повелась на провокацию. — Нет, — повторила уже спокойнее. — Просто удивилась. Будни, сейчас день. Думала, что ты на работе.
— Я же не офисный сотрудник, график у меня иной.
— Входи, — пропустила Руслана, тихо радуясь, что Диана не спит.
Раз сестренка бодра и весела, значит мне не стоит переживать за свою девственность. А то Руслан уж очень решительно принялся меня соблазнять.
Я думала, что меня невозможно смутить. Голых мужиков я видела. Трахающиеся парочки тоже встречались, и не только в клубе, где я насмотрелась всякого в анатомических подробностях: зайдешь в туалет, а там девка чей-то член сосет.
Разное видела. Не краснела, не строила из себя ханжу.
А тут Руслан, от одного взгляда которого в дрожь бросает. И ведь взглядами дело не ограничивается.
Прикосновения. Поцелуи — иногда нежные, иногда жалящие и острые, а иногда кажется, что он сожрать меня собирается.
На выручку приходит сестра. Знаю — не будь её рядом, и не будь у меня обязательств перед «клиентом», избавилась бы от этой девственности вместе с Русланом после первого же поцелуя.
Может, пока избегать его?
— Ого, — удивился Рус, разглядывая кухонный стол. — Это…
— Это Диана, — вздохнула я. — Она и раньше рисовала, но у нас неудобно было в бараке. На кухне постоянно либо готовили, либо бухали, а стол только там. Я ей стульчик рядом с кроватью ставила, давала тетрадку, и Диана что-то малевала карандашами. А недавно… вот, — кивнула на стол, и перевела взгляд на холодильник.
— И это всё она? Ей же шесть лет всего.
— Красиво?
— Для шестилетки — обалдеть.
— Ага, — разулыбалась я гордо. — Сама в шоке, если честно. Долго она не может рисовать, руки устают. Но Диана прям загорелась всем этим.
Не думала, что Руслану будет интересно увлечение моей сестренки, но он поднялся, и принялся разглядывать холодильник, увешанный рисунками.
Сначала, в самом верху, я прилепила кривые банальные «шедевры» Дианы: полоска земли, на ней скособоченный домик, выше — облака, и солнце с полосками-лучами. А дальше идут работы интереснее.
— Я не учила её, сама не умею рисовать, разве что орнаменты. По рисованию в школе четверка была, и то из жалости поставленная. А Диана… вообще не понимаю, как у нее это получается, — прошептала я. — Сначала домики рисовала, страшных котиков, и… ну, как все дети, а три дня назад зашла в её комнату, смотрю — сидит на полу, на окно смотрит. На полу лист бумаги, и Диана спросила у меня, как нарисовать тюль и тени. А я… я же не знаю этого. И началось: Диана разложила на столе фрукты, и принялась смотреть на них. Умудрилась нарисовать, и тень передать. А потом снова началось: вот яблочко блестит, а персик — бархатный. Как нарисовать? А я и этого не знаю. Но Диана как-то сама справляется. Вглядывается теперь во всё на свете, и думает только о том, как это на бумагу переложить.
— Обалдеть, — Руслан присвистнул, отошел от холодильника, и снова начал разглядывать картины, разложенные на кухонном столе.
Разумеется, они не идеальны. Даже примитивны, это же шестилетний ребенок рисовал. Но, черт, я сама нарисовала бы то же самое гораздо хуже. Во много раз. Я могу рисовать прямые линии без линейки, справляюсь с орнаментами, и всё, на этом мои таланты ограничиваются. И я уж точно никогда не задумывалась о тенях и текстурах.
— У неё талант, Люба. Причем, немалый талант.
— Уверен? — спросила взволнованно.
— Нет. Однако в таком возрасте ТАК рисовать… это что-то да значит. Где твоя сестра?
— В комнате у себя. Рисует. Хочешь похвалить?
— Есть другой вариант. В художке есть курсы для малышей. Отвезем туда Диану?
— Я не уверена…
— Люб, — Руслан покачал головой, — я сам рос в небогатой семье, хотя до ваших трудностей мне было далеко как до Китая раком. Но я благодарен родителям, что с малолетства меня отдавали во всевозможные кружки. Правда, увлекся я только хоккеем, но и в музыкалку ходил около года, и на каратэ. Диане тоже всё это нужно. Пусть развивается, пусть друзей найдет. А рисунки эти… вдруг настоящий талант?