Ещё какое-то время мы сидим с бабой Верой и просто разговариваем. Из разговора я узнаю о непростой судьбе этой с виду простой русской женщины. Родители ее умерли рано, и она всё детство скиталась по чужим домам, пока не вышла замуж. Почти всю жизнь проработала санитаркой в больнице. Родила двоих замечательных сыновей, но увы. Первый умер ещё в детстве, а второй уже в более взрослом возрасте. Горе и боль утраты навсегда оставили печальный след в душе и глазах этой мудрой женщины. Вскоре умер и муж, и она осталась совсем одна и теперь целыми днями пропадает здесь, помогая незнакомым ей людям.
То ли чай, то ли душевный разговор, немного поднимают мой настрой. Перед тем как отпустить меня, баба Вера приносит чистую футболку. Я переодеваюсь, а грязные вещи несмотря на все мои протесты, она забирает в стирку. Я благодарю эту милую женщину и иду к выходу.
- Бога проси, сынок, только он тебе сейчас помочь в силах, - тихо говорит она, и я ухожу. Пока иду по коридору, понимаю, что в чём-то баба Вера права. Вера. Забавно. Но именно вера сейчас мне и нужна. Вера в Бога и светлое будущее.
Я ещё долго сижу около операционной. Мне кажется проходит вечность, хотя часы показывают, что прошло всего 2,5 часа.
Наконец выходит врач. Я срываюсь с места и подбегаю к нему:
- Как она, доктор? – с тревогой спрашиваю я, а он устало снимает с головы чепчик.
- Операция прошла хорошо. Пуля не задела жизненно важные органы. Но много крови она потеряла, будем надеяться, что организм молодой. Справится. С ребенком тоже всё хорошо.
Последние его слова ввергают меня в шок.
- С ребенком? – переспрашиваю я, не в силах сдержать удивления.
- Да, Ваша, я так понимаю жена, беременна. Срок примерно недель 10, но слава Богу, всё обошлось. Теперь остается только ждать, - он хлопает меня по плечу и уходит.
- Доктор, а когда можно будет ее увидеть? – кричу я вслед, когда немного прихожу в себя.
- Она пока в реанимации, без сознания. – поворачивается он ко мне. - Я распоряжусь, чтобы Вам выдали всё необходимое, и можете навестить ее. – спокойно говорит он и уходит, оставляя меня наедине с собой.
Ева беременна. Знала ли она сама об этом? А если знала, почему не сказала? Несмотря на всё пережитое, я искренне рад этой новости. Я очень хочу детей. Особенно от любимой женщины. Я стану отцом.
Через полчаса медсестра приносит мне бахилы, халат, маску и шапочку, я спешно одеваюсь, и она ведёт меня к моей любимой девочке. Осторожно захожу в реанимацию, а она закрывает за мной дверь. Подхожу к Еве ближе. Она очень бледная, даже губы почти белого цвета. Но даже сейчас она прекрасна. Аккуратно сажусь на табурет рядом с ее кушеткой, беру в свою руку ее бледную ладошку и начинаю говорить. Точнее начинает говорить моя душа:
- Ева, любовь моя, прости. Я виноват перед тобой. Я не смог уберечь тебя, не смог защитить, хотя должен был это сделать, даже ценой собственной жизни. Я люблю тебя. Люблю больше всего на свете. Тебя и нашего малыша. Ева, не оставляй меня, слышишь? Я умру без тебя… - я поднимаю глаза в потолок, обращаясь к кому-то невидимому, но очевидно всё же присутствующему в нашей жизни. - Господи, я никогда ничего у тебя не просил. Я честно признаюсь, и не верил никогда в тебя, но я умоляю, не забирай у меня их.
Падаю перед ней на колени и утыкаюсь лицом ей в руку, давая волю слезам. Я слишком долго искал ее, чтобы так просто потерять. Я не сдамся! Просто не имею права сдаваться. Я буду бороться за них до последнего своего вздоха.
Нужно верить и ждать. Время... Оно сейчас и мой друг, и мой враг.
От автора: Свадьба описана вкратце, потому что подробное описание немного не вписывалось в динамику книги.
Если вам, дорогие мои, будет интересна эта тема, пишите. Чуть позже напишу бонус к книге от лица Евы, где подробно расскажу о подготовке и самой свадебной церемонии:)
Глава 31 - Ева
Кое-как открываю глаза. Пытаюсь пошевелиться, но всё тело болезненно реагирует на каждое моё движение. Я медленно моргаю, стараясь привыкнуть к яркому свету. Где я? Что со мной? Белые стены, белый потолок, запах лекарств. Скорее всего я в больнице. Так, последнее что я помню. Свадьба, какая-то женщина, выстрел. Серёжино лицо, а потом темнота. Где Сережа? Что с ним?
За дверью я слышу приглушённые голоса.