- Что он сейчас делает? Этот корабль?
- У меня такое ощущение, что он что-то ищет. Осматривает окрестности. Кажется... У него на готове оружие! Он готов открыть по нам огонь! Агния... бежим!
Он резко поднял девушку на руки и побежал в гущу леса, чтобы спрятаться.
Едва он успел докричать последнюю фразу, от корабля донесся громкий писк, а затем низкий женский голос, отчетливо слышный посреди всего творящегося вокруг хаоса.
- Аборигены и кайселы, сдавайтесь. Если вы не окажете сопротивления и будете следовать нашим указаниям, мы сохраним вам жизни.
-писк-
Механический писк завершал сообщение на языке кайселов.
С него же начинался и повтор, уже на человеческом языке:
-писк-
- Аборигены и кайселы, сдавайтесь. Если вы не окажете сопротивления и будете следовать нашим указаниям, мы сохраним вам жизни.
-писк-
- Медленно выходите из укрытий с поднятыми руками.
-писк-
- Медленно выходите из укрытий с поднятыми руками.
-писк-
- Агния, думаю, нам лучше последовать их требованиям... Оружие на их корабле... оно может испепелить здесь всë во мгновение ока...
- Поняла.
Затем Агния громко закричала остальным членам группы делать всë, о чëм их просят.
Люди не доверяли пришельцам, особенно в обстоятельствах, когда были у них на мушке. Но, видимо, понимая безысходность ситуации, они последовали приказу помощника главы и вышли с поднятыми руками, встав прямо под огромной затемненной областью неба. Всего через каких-то три с половиной минуты вся площадь заполнилась людьми.
-вжууу-
Темная область в небе стала визуально увеличиваться. Корабль садился, тем самым приводя окружающий воздух в неистовство. Ветер трепал листву ближающих деревьев, создавая характерный шелест. От корабля так же доносился оглушительный гул и металлический звук мотора.
Вскоре перед пораженными людьми предстал большой металлический корабль, поднявший столб пыли непосредственно при посадке.
-пшшш-
Слой металла отошел от основной части корабля - дверь была открыта.
Из корабля показались недавние знакомые Агнии и Вейса - те самые женщины-кайселианки, которым они помогли выиграть сражение. Все они были одеты с иголочки в одинаковую темную одежду. У всех были непроницаемые, абсолютно нечитаемые лица. Их группу вела особенно колоритная женщина, одетая не так как остальные. Её костюм отличался наличием широких красных вставок по всему телу и воротника бардового цвета. Помимо этого, она была, неожиданно, немного ниже окружающих еë женщин, но от этого не менее сильной. Агния раньше уже видела мощь этой женщины на поле боя и могла с уверенностью сказать, что она даже превосходит весь отряд Карательниц.
Женщина не представилась им, потому что, видимо, не видела в этом смысла: те, кто был ей нужен, узнают еë и так, а сообщать своë имя и должность тем, кого она больше никогда не увидит, и кто, определённо, забудет эту явно лишнюю информацию, было бессмысленно.
- Вейс... Кто это? Ты еë знаешь?
- Да, это адмирал Ондреа. Одна из самых известных женщин среди военных на данный момент. Она же является командиром отряда "Карательницы". Еë лучше не злить.
- Она сильнее тебя?
- Физически - нет. Но мы проходили совершенно разные программы обучения. У неë гораздо больше боевого опыта, к тому же женщин-военных учат сражаться с любыми противниками и использовать их сильные стороны против них самих. Я, скорее всего, против неë не выстою и пяти минут.
"Среди вас есть кайсел", - глубоким голосом произнесла женщина, которую Вейс представил как адмирала Ондреа. Затем она ронзительно посмотрела прямо на Вейса и Агнию, стоявших впереди всех.
- Шаг вперед.
Вейс обернулся на Агнию, и получив еë кивок, шагнул вперёд.
- Вейс Дартон, первый принц Кайселской Империи, лейтенант гвардии, всë верно?
- Так точно.
Уже просканировали и опознали. Быстро.
Вейс невольно вспомнил былые времена, когда до встречи с Агнией он был обычным солдатом. На самом деле, всë, что происходило с ним до этого момента казалось ему сном. Какой-то мечтой, вызванной желанием убежать от реальности, в которой он никому не нужен и все его презирают. Слишком уж хорошо было всë, что с ним происходило, добрая красивая девушка, заботящаяся о нем, неземное блаженство, безграничное счастье... А теперь всему конец? Он... проснулся?