Третий кайсел с барнийским телосложением, который до сих пор молчал, включился в обсуждение:
- И как ты себе это представляешь? Здесь же повсюду камеры! К тому же ещë и надсмотрщики! Здесь не то что убить по-тихому, муха пролетит – слышно!
Лидер раздраженно ответил:
- Надо постараться. Другого выхода нет. Ты представляешь, что с нами сделает Он, если мы провалим задание?
Молодой кайсел всплеснул руками:
- А я говорил, надо было сразу его убить! Что же мы медлили, когда он в капкане был, а? Кокнули бы его там – и дело с концом! Никаких проблем бы сейчас не было!
Лицо главаря явило целый спектр эмоций: раздражение, досаду, злость и капельку страха.
- Заткнись! «Убили бы», ха. Как будто это так просто. Ты знаешь, как он дерется? Видимо, нет? Да если бы мы тогда с ним сцепились, ты бы сейчас уже ходить не мог, сидел бы себе на колясочке, инвалидушка, а мы бы тебя возили! Это ещë в лучшем случае! Не то как уже полгода бы под землёй в могилке лежал! Оно тебе надо?
Барн тихонько вставил ещё одно предложение, видимо, чтобы поддержать внезапно сникшего молодого паренька:
- Да что бы он сделал? Он же был в капкане, да и ослабленный к тому же…
- А как он наших ребят замочил? Не знаешь? Вот и я не знаю! Хорошо, что мне тогда идея светлая в голову пришла: не идти на него всем скопом, а сначала отправить туда кого-нибудь потупей. Так, на разведку. А то глупо получилось бы, если бы мы все одномоментно на него бросились и бесславно погибли из-за какого-нибудь несчастливого стечения обстоятельств.
Милит пораженно спросил:
- Так ты их отправил не для того, чтобы они завершили миссию, а…?
- И для этого тоже! Может быть у них и получилось бы убить его. Так даже лучше было бы. Мы бы не рисковали. Деньги всë равно получает весь отряд. Я специально устроил всë так, чтобы мы ничего не потеряли. Если бы они справились – хорошо. Не справились бы – у нас был бы повод задуматься и подготовиться к следующему покушению получше.
Теперь задумчивое выражение появилось уже у барна:
- А что бы ты делал, если бы он стал мнительнее? Неудивительно, если бы после покушения он бы стал лучше выбирать своë окружение, стал бы более осторожным.
Лидер улыбнулся и заговорил таким тоном, будто хвастался:
- Не этот кайсел. Он же барн! Слишком тупой.
Мышцы лица его собеседника едва заметно дернулись, а затем закоченели. Брови слегка дрогнули. На секунду его лицо приняло хмурое выражение, но никто из окружающих его кайселов этого не заметил. Очень скоро он снова вернулся к своему привычному молчаливому и спокойному, практически безразличному состоянию.
А лидер всë продолжал:
- Он за эти годы ни разу не заподозрил, что я практически каждый день пытался по-тихому его прикончить. Чего ему не занимать, так это везения! Сколько бы я ни пробовал – ему всë нипочем. То он отойдет в самый важный момент, то его на карауле кто-нибудь подменит. То он тарелку с ядом разобьёт, то «совершенно случайно» все мои ловушки в лесу обойдет.
А один раз я пытался его ножом ударить со спины, так он вдруг как дернется, локтем назад даст, что я сам порезался. Какой же у него тогда был взгляд, вы бы видели. До сих пор не могу забыть то унижение, когда он начал бегать вокруг меня, пытаясь как-то перевязать мою руку, параллельно практически слезно извиняясь.
Вот я и решил сразу в бой самому не идти. Думал: «Пускай те дураки разбираются». Кто же знал, что на лагерь нападут и я не смогу издалека понаблюдать за их борьбой. И что в итоге? Мы даже их тел не нашли! Скорее всего, он их убил, расчленил и закопал где-нибудь! Как он смог с тремя справиться – вопрос. Видимо, настолько силен.
Тогда-то лидер и решил, что если им втроем его не одолеть, то придется действовать толпой. Было очень легко навести Дэла, который на дух не переносил принца, на мысль, что это именно Вейс Дартон раскрыл врагам местоположение лагеря. Дэл легко поверил словам лидера убийц, работающего в армии под прикрытием, и обвинил Вейса в предательстве. Дальше толпа уже сделала всë за убийц. Им оставалось только убедиться, что цель мертва.
- Черт, мы же специально выбрали тот район, где живут эти дикари! Я думал, что вместо того, чтобы калечиться, лучше передать его им. Они бы точно не упустили такую большую тушу мяса. Добивать его не было смысла.
Чего лидер не озвучил, так это того, что у его идеи отдать Вейса на растерзание людям были и другие, личные мотивы. Он хотел, чтобы тот умер в муках. А что может быть страшнее участи быть съеденным заживо? Пытки? У них не было на это ни сил, ни времени, поэтому тогда вариант с дикарями был наиболее подходящим.
И вот теперь оказалось, что принц жив. И скоро его переведут в общую камеру.
- Ладно, главное сейчас найти способ убить его. Нам же деньги платят не за то, чтобы мы на других планетах развлекались с местными девушками, правда? Сперва работа.
Заговорщики сознательно не озвучили мысль, терзавшую их долгие годы: а может быть, им вообще ничего не заплатят? Может быть, их просто кинули? И теперь посадят?
За эти годы от заказчика не было ни единой весточки. Сперва они думали, что вся эта хрень с потерей связи – всë было заранее спланированно. Чтобы им работу облегчить. Потом, спустя год, они засомневались. Но всë равно верили, что на их сигнал SOS откликнется присланный за ними корабль. А то, что за ними этот корабль пошлют, они не сомневались. Да, скорее всего, официально у этого корабля будет какая-нибудь другая миссия, но они-то знают, что это их заказчик побеспокоился вернуть их назад после успешного покушения.
Они никак не ожидали, что тем кораблем, что прилетит за ними, будет судно карательниц, экипаж которого их тут же скрутит в наручники и рассадит по камерам.
«Ничего, - думали они. – Всë равно задание-то мы выполнили. А уж на Альвейсе наш заказчик позаботится о том, чтобы снять с нас все обвинения». Они были полностью уверены, что всë, что они творили здесь, сойдет им с рук, ведь за ними стояла такая влиятельная фигура.
И тут такая неожиданность: принц жив! Они не выполнили миссию! От этой мысли им всем становилось плохо. С одной стороны хорошо иметь сильного покровителя, но это только при условии, что у тебя получается беспрекословно выполнять все его приказы. Обратная же сторона заключается в том, что если ты не выполняешь миссию, то тебя из-под земли достанут. А такие кайселы шутить не любят, не дай бог им не угодить. Не только не заплатят, хорошо бы жизнь сохранили.
Внезапно лидер просиял:
- Бинго! Я придумал, мы его разозлим.
Молодой кайсел посмотрел на него как на умалишенного:
- Зачем?
- В какой части корабля меньше всего камер?
- Не знаю, они есть везде…
- Неа. Это очень мощный корабль. Почти вся его энергия уходит на питание огромного двигателя. Никаких лишних затрат быть не должно. Именно поэтому количество камер, дополнительных потребителей энергии, прямо пропорционально количеству заключенных в помещении.
- Ты хочешь сказать…
- Да! Где меньше всего заключённых одновременно?
- В карцере?
- Именно! Если мы сцепимся с ним в общей камере, нас всех переведут в карцер. И вот там мы уже сможем спокойно его убить без лишних свидетелей.
- Как злить будем?
- Пока не решил… С ним в этом плане всегда было сложно. Твой друг ничего необычного про него не говорил? Может быть, у него слабости какие появились? Ну, там, уродливый шрам на всë лицо, или ещë что? В крайнем случае, можем просто по-старинке: подразнить его из-за того, что он барн. Вдруг сработает на этот раз.
- Знаешь, я что-то такое припоминаю. Это уже из другого источника, но ему тоже можно верить. Говорят, что у него появилась женщина.
- Ты шутишь?
- Я серьёзно! Она из местных!
- Тогда это тем более странно, они же такие маленькие… странная парочка.
- Это как-нибудь может помочь?
- Да. Мы будем пытаться отбить у него эту женщину.
- Зачем? А вдруг она действительно на нас перекинется?
- А тебе что, женское внимание наскучило? Зажрался ты, миленький. Не волнуйся, даже если у нас получится еë соблазнить, нам это тоже только на пользу. Если один из нас станет еë мужем или хотя бы любовником, то мы сможем поближе подобраться к цели. В противном же случае, в нас по-любому получится его разозлить и добиться того, чтобы его перевели в карцер.
- За дело!