Единственное, что ей сейчас было не очень понятно, так это последнее предложение адмирала Ондреа. Что значит «поступать по-мужски»? И при чем тут истерика? Она была уверена, что в тоне адмирала в тот момент не было ни доли сарказма, а значит… Агния решительно ничего не понимала.
Однако поскольку это к делу не относилось, она решила на время опустить этот вопрос.
- Я могу с ним увидеться?
- Сейчас он карцере. Посторонним туда вход воспрещён.
- Однако не думаю, что меня можно отнести к группе «посторонних», к тому же… у нас был уговор.
Взгляд адмирала снова скользнул по лицу девушки. В нём читалось раздражение, словно ей приходилось иметь дело с бессмысленным и абсолютно ненужным упрямством.
- Это было до того, как Вейс Дартон слетел с катушек и начал представлять опасность для всех вокруг.
- Значит, наша сделка отменяется? Моё тело для исследования вам больше не нужно?
Пальцы адмирала вздрогнули, а затем начали мерно постукивать по столу.
- С чего бы это?
- С того, что вы не хотите выполнять свою часть уговора. Значит и я могу отказаться от своих слов.
Адмирал нахмурилась. Теперь её лицо выражало крайнее недовольство или даже что-то похожее на тревогу. Она очень опасалась того, что Агния может легко отказать им в просьбе позволить изучить её тело. Ондреа считала крайне важным изучение гуманоидов этой планеты, в особенности изменённых. Она попыталась сгладить острые углы и переубедить девушку.
- Не понимаю, что тебя так беспокоит… с твоим мужем всё в порядке, просто сейчас он находится в другой камере.
- Меня беспокоит то, что я не могу с ним встретиться, хотя ранее мы условились, что я смогу беспрепятственно это сделать в любой момент. К тому же, что стало с теми, на кого он напал?
- Они сидят вместе с ним в одной камере.
- Я считаю это нецелесообразным: держать в одной камере тех, кто только что чуть не поубивал друг друга.
- Твои сомнения понятны, но, к сожалению, предоставить им отдельные камеры сейчас не предоставляется возможным – корабль переполнен.
- В таком случае ещё более логично позволить мне встретиться с Вейсом, чтобы я могла находиться рядом с ним и контролировать его поведение.
Адмирал прикрыла глаза. Всем своим видом она показывала, что весь этот разговор напоминает ей сцену, когда мать пытается что-то объяснить неразумному ребёнку.
- Это слишком опасно. Не забывай о том, кто ты сейчас. Ты – гражданка Кайселской империи. Наши законы запрещают совершать какие-либо действия, которые могут подвергнуть опасности невинных граждан. А сейчас ты просишь именно этого: позволить тебе приблизиться к потенциально опасному преступнику, который не отдаёт отчёт своим действиям.
- С чего вы решили, что он не отдаёт им отчёт?
Адмирал тяжело вздохнула.
- Потому что он барн. У них часто могут случаться приступы немотивированной агрессии.
- Однако за всё время проведённое с ним я ни разу за ним такого не замечала.
- Может быть, он тщательно это скрывал. Или к приступу его подталкивают определённые события, стечения обстоятельств, и тебе повезло, что пока он был с тобой, не все события из необходимого набора состоялись. Вот он и не пришёл в бешенство.
- Однако это ещё раз доказывает, что рядом с ним я в безопасности. Очень маловероятно, что одним из условий, при которых он выходит из себя, является присутствие рядом его жены. Значит, пока я рядом, он ни на кого не нападёт.
- …Это спорно. Может быть, именно из-за твоего присутствия он из себя и не выйдет, но вот несмотря на него… очень может быть.
- Не вижу смысла и дальше с вами спорить. Вопрос остаётся открытым: вы пустите меня к нему или нет?
- То есть ты чётко решила, что от своего не отступишься?
- Верно.
«И ни на какой компромисс она не пойдёт», - подумала адмирал. Как… неприятно…
- Я могу согласиться с этим. Но при условии, что ты останешься по другую сторону решётки.
- Хорошо.
- И он останется в наручниках.
- Не возражаю.
- До конца полёта!
- Не согласна.
Черт! Не получилось… Адмирал надеялась, что девушка отвлечётся и по инерции скажет «да»… К сожалению, обмануть её было не так-то просто. В этом аспекте она разительно отличалась от детей. «Вернее, только в этом», - подумала адмирал.
- Ничего не могу с этим поделать. Выбирай: либо он останется в камере до конца полёта, либо по истечении этих суток, - так и быть я закрою глаза на драку, - он отправится к тебе в каюту, но в наручниках.