Глава 3. Злость
«П-привет…»
Тишину моего фургона прорезал грубый хриплый голос. Он напомнил мне мои старые детские куклы, у которых уже садилась батарейка. Тогда они начинали растягивать запрограммированные в них фразы, и их обычно звонкий, немного писклявый голос становился более глубоким и неприятным. Любимая игрушка в моих глазах превращалась в очередного героя фильма ужасов. Я всегда до чёртиков пугалась, когда своё, родное, близкое становилось таким чужим и страшным. Поэтому впоследствии я всегда следила, чтобы дома были лишние батарейки и периодически их меняла.
И этот раз не стал исключением. Заслышав скрипучий голос, больше напоминающий рычание, чем членораздельную речь, я схватилась за первое, что попалось под руку, и направила своё «оружие» на гиганта передо мной. Я не думала ни о чем: ни о том, что будь передо мной действительно кто-то опасный, то расческа навряд ли бы мне хоть как-то помогла, ни о том, что даже вооруженная до зубов ножами и пистолетами, я всё равно бы не захотела провоцировать громадину передо мной, весом в центнер, не меньше.
Я застыла, внимательно наблюдая за пришельцем, которого ещё совсем недавно лечила и обматывала несколькими слоями одеял.
Может, послышалось?
«Ме-еня зовутт Веейс».
Черт, крипово.
«Приият-но позакомица».
Не могу сказать того же.
Фух, так, значит, он умеет разговаривать. Он просто умеет разговаривать. Ничего страшного не произошло, успокойся, Агния, он просто представился. И ничего, что у него голос, как у маньяка с какой-нибудь улицы Вязов. «Приятно познакомиться»… он, явно настроен дружелюбно. Надо ответить ему тем же.
«Взаимно. Меня зовут Агния».
- Аг…
- Агния
- Агия…
- Аг - ни – я…
Он замолчал и задумался. Видимо, в этот раз он хочет произнести четко и правильно. Ждём-с…
- Аг-ния.
- Именно. А ты… я не расслышала?
- Вейс.
Он указал на себя.
Потом – на меня.
- Агния.
Снова на себя.
- Я – Вейс.
- Фейс?
Из-за его хриплого голоса было сложно разобрать его речь.
- Да! Вейс!
- Хорошо, Вейс. Я поняла.
Наступила гнетущая тишина. Внезапно он резко свернулся калачиком на постели, закрыв лицо ладонью. Так, сразу став казаться меньше, он стал исподлобья молча за мной наблюдать.
После долгого неудобного молчания он тихо заговорил.
- Спасибо… Агния. Ты… мне… помогла.
- О, не за что. Я не сделала ничего особенного. Просто поступила по-человечески.
- По-человечески?
- Ну… раньше так делали все… поступали по-человечески… до «конца»…
- Конца?
- До того, как вы… открыли огонь… сбросили бомбы…
Он смотрел на меня, и я видела, что словарный запас у него очень ограничен, из-за чего он не может полностью понять всё, что я хочу сказать.
- Бомбардировка… Бум! Бах! Огонь!
- Бомбы!
На его лице возникло кратковременное радостное выражение. Он неосознанно придвинулся ко мне поближе, радуясь тому, что понимает меня. Но когда до него дошел смысл сказанных мной слов, он помрачнел и поник. Его лицо приняло выражение глубокой печали, тревоги и… вины. Он отшатнулся.
- Простите… Извините… Пожалуйста… Простите… Я не хотел… Простите…
- Это… ты - один из тех, кто напал на нас?
Я пыталась подбирать как можно более простые и распространенные слова, хотят это было очень нелегко. Настроение было не то. Я снова вспомнила как весь мой город оказался объят пламенем, крики ужаса, смерть… Я хотела… нет, должна была узнать… причастен ли он к этому…
- Капитан… отдал приказ…
- Ты участвовал?
- Участвовать?
- Принимал участие… сбрасывал бомбы.
- Н-нет! Я говорил! Нельзя! Плохо! Я… не мог…
Крупный мужчина передо мной снова сжался с маленький комочек, ещё меньший чем раньше.