А что там происходит у него в голове, я даже представить не могу. После его рассказа о его жизни, о его детстве, он вполне может возненавидеть прикосновения в принципе.
Прямо сейчас он крепко связан, и если я сделаю что-то против его воли, это будет насилием. А его я ненавижу больше всего на свете.
Поэтому я лучше задам, возможно, глупый вопрос, но смогу лишний раз убедиться, что правильно поняла его желания.
- Конечно… я буду счастлив… что бы ты со мной ни делала...
Меня насторожили его слова. У него определенно полно различных психологических травм и других тараканов, но сейчас разбираться с этим времени нет. Главное, я получила чёткий и ясный ответ. Его речь не была сбивчивой, он точно осознавал, что говорит. А значит… приступим.
- Как… где ты хочешь, чтобы я тебя коснулась?
- Где угодно… как угодно… главное… постарайся тоже… не делать того, что… вызывает у тебя отвращение…
Он не говорил об удовольствии… а всё время лишь об отвращении. Это очень расстраивало и било в самое сердце.
Это показывало, как низко он думает о себе, как он ненавидит себя. Всё это были незримые раны, нанесенные какими-то моральными уродами ему ещё в детстве, а затем и в юности.
Мне хотелось стереть всё это. Показать ему, насколько он прекрасен, доказать, что он тоже достоин получить удовольствие и ласку.
Он был ещё в одежде.
Она не раздумывая схватила кинжал и разрезала материал прямо по линии от шеи до низа живота, обнажив упругие мышцы и ровные кубики пресса.
Вейс резко втянул воздух, когда его грудь накрыла внезапная прохлада. Он удивленно, завороженно смотрел как ткань сползает с его тела. Поначалу он немного испугался, когда подумал, что кинжал может вспороть ему живот. Но затем на смену толики страха пришло восхищение. Он чувствовал себя как никогда хорошо сейчас, ведь его давняя мечта осуществлялась на глазах. Его связала прекрасная девушка, рядом с которой он чувствует себя в полной безопасности.
- Агния…
Он не знал как выразить свои чувства словами. Это была не радость, не восторг, и даже не счастье… всё это вместе, увеличенное во много раз.
Он мог только поощрить её действия.
- … делай со мной всё, что хочешь… пожалуйста… приказывай мне… бери всё…
Его просительный шепот, во время которого он содрогался всем телом, видимо пожираемый собственными фантазиями, необъяснимо сильно возбудил девушку.
Она почувствовала себя незаменимой… В его проникновенных глазах она была лучшей… прекрасной… опасной и такой идеальной.
Её пробрала дрожь от такого его взгляда. Вспомнив его недавний рассказ, она решила поддаться своим желаниям. Она наклонилась к самому его уху и, согнув губы трубочкой, пустила в раковину горячий воздух.
- На меньшее и не надейся. Вот тебе мой первый приказ: не двигайся, чтобы ни случилось.
- Да…
- Повтори...
- Я ни за что не ослушаюсь приказа и не сдвинусь с места.
Получив подтверждение, она решила закончить то, что начала ранее и набросилась на его губы. Вейс громко застонал, когда она снова прикусила их. Неосознанно, он стал выпячивать вперёд нижнюю губу.
Он хотел большего. Более явного и сильного чувства того, что к нему прикасаются. Ему было всё ещё немного страшно и хотелось быть полностью уверенным каждую секунду, что он не один, что она рядом. Поэтому он стремился усилить ощущения. Он хотел больше боли, резких движений, хотел взволновать свою кровь, почувствовать себя живым. Им овладел азарт, как будто бы он делал что-то запретное, все его ограничения были сметены ею, оставив после себя лишь чувства.
Не размыкая из губ, одной рукой она обнажила его плечо, слегка оттянув ткань рукава. Нежно коснувшись его жесткой ключицы, она с восторгом услышала ещё один стон, который был тут же приглушен их поцелуем. Другой рукой она спустилась вниз по его плечу. Проведя рукой по его гладкой, шелковистой коже, на которой изредка встречались продолговатые уплотнения от старых шрамов, она почувствовала неистовый жар его тела и дрожь удовольствия.
Спустя какое-то время, она выпустила его губы, с удовлетворением обнаружив на них следы укусов. Вид его распухших, налившихся кровью губ сводил её с ума.
Желая помочь ему расслабиться, в благодарность за оказанное доверие, она стала тщательно исследовать форму его мускулистой упругой груди, на полушария которой давно поглядывала украдкой.
Своими просящими стонами, он казалось, приветствовал её прикосновения. Его темные, почти угольно-черные, соски слегка набухли, требуя большего.
И она вняла их мольбе, мгновенно втянув тугой сосок в рот, проведя по нему языком.
Вейс вздрогнул и выгнулся ей навстречу. Опьяненная своей властью, девушка слегка подразнила его, начав медленно отдаляться, удерживая сосок во рту, слегка растягивая его. Стона, Вейс инстинктивно последовал за ней на сколько позволяла веревка, но был резко отброшен. Сосок выскочил из её уютного влажного рта.