- Ну, тогда нам ничего не остаётся, кроме как...
Она театрально выдержала паузу.
Вейс с замиранием сердца ждал продолжения фразы. Именно в этот, казалось бы, приятный момент его снова накрыло неуверенностью и тревогой. Он понимал, что от Агнии он никогда не услышит тех слов, которые въелись в его память с детства... Он чувствовал это, знал, надеялся. Просто потому что она была такой уникальной, неповторимой... Но страх уже настолько глубоко укоренился в нем и стал неотъемлемой частью жизни, что каждый раз в момент неуверенности и сомнений он вновь содрогался и терял способность мыслить здраво.
- ... продолжить...
- А?
Вейс не расслышал её бормотания, но не успев спросить, вдруг почувствовал, как она прильнула губами к его животу.
- А-аах? Агния... что ты...?
- Помнишь, ты говорил, что бедра и живот - это очень чувствительные зоны? Ты позволишь мне коснуться их?
- Агх!
Ответом ей был громкий полустон-полурев. Она покрыла поцелуями его лобок, плавно переходя к толстому фаллосу.
- Я хочу исследовать тебя, инопланетянин. Ты этого хочешь?
- Больше... всего... на свете.
Вейсу было стыдно, что он, хоть и всего на секунду, но усомнился в ней. Однако вскоре это чувство утонуло в море блаженства. Агния будто бы каким-то образом могла понимать его чувства и всегда делала что-то неожиданное для него, что в итоге оказывалось самым правильным и приятным. Она давала ему всегда больше не только того, на что он рассчитывал, но и больше того, о чем он мог только мечтать.
Вейс в который раз подумал о том, что ему очень повезло, что Агния успела связать его. Иначе бы он уже навредил ей, потеряв рассудок.
Эти ощущения... были такими новыми... Даже анальный секс был совсем не таким, как с тем мужчиной. В отличие от тех больших толстых пальцев, которые разрывали и ранили его изнутри, пальчики Агнии были мягкими и нежными, как и она сама. Из-за их различий, особенно в габаритах, её пальцы легко проникали в него, не принося дискомфорта и боли... только наслаждение.
Он просто не мог оставаться неподвижным, несмотря на её приказ. А когда она коснулась губами нижней части его живота, он чуть не сошел с ума. Его член содрогался, пульсировал, будучи готовым взорваться в ту же секунду. А что, если бы и он потом тоже её...? Нет! Вейс отбросил все постыдные мысли.
Наверняка, вид голого мужчины, пускай и не человека, для Агнии уже был шокирующим. Что бы не происходило сейчас между ними, Вейс не мог отделаться от страха, что он заставляет Агнию, принуждает её к чему-то, а она просто боится отказать. Поэтому он даже не пытался коснуться её, опасаясь, что она, окончательно испугавшись, закончит всё. Он не делал никаких провокационных движений. Возможно, любой другой женщине понравилось бы, что к ней проявляют такого рода интерес, но... только не от Вейса. Кому бы понравилось, что на них положил глаз какой-то умственно отсталый? Да любая сочла бы это оскорблением, насмешкой!
Что до Агнии... он мог быть уверен, что выглядит для неё не слишком отталкивающе, хотя бы из того, что она сейчас с ним делала. Однако это не означало, что прикосновение к себе она так же легко примет. Скорее, наоборот, это испортит весь вечер. Он будет действовать постепенно. Начнёт с объятий. К тому же, прикасаясь к нему регулярно, она должна в скором времени начать реагировать не так остро. По крайней мере, он надеялся на это. Поэтому, Вейс решил не торопиться.
Медленно изо рта девушки показался язык, который затем легонько коснулся чувствительной головки.
- Агх!
- Тебе это нравится?
- Там... грязно... не надо...
- Хочешь сказать, что член - это грязное место? Даже грязнее задницы?
- Агх! Там... очень много... жидкой грязи...
- Хм... называешь собственную сперму грязью? Чтож, тогда нам неплохо было бы смыть её, да?
- Что? А-ах!
Девушка медленно провела языком по головке в области близ уретры, однако не проникая в щель языком, оставаясь снаружи.
Это было похоже на качели. Её смелые прикосновения чередовались с почти целомудренными. Когда он уже был готов молить её о том, чтобы она вновь добавила немного напора и стимулировала его хоть чуточку сильнее, она неожиданно делала это сама. Так, ощущения от особо настойчивых прикосновений становились гораздо острее и ярче после небольшой паузы, во время которой он с нетерпением ждал продолжения.
Он был таким грязным, таким испорченным, в то время как она продолжала сводить его с ума. Никогда в жизни он ещё не чувствовал себя так прекрасно и одновременно ужасно.