Пока что на этом всë. Спасибо за внимание. Дождемся вечера, поскольку это первый раз, то я выйду на охоту вместе с вами. Хорошенько выспитесь.
Хотя окончание речи девушки и не сопровождалось овациями, она прекрасно видела, что еë очень внимательно слушали. Время от времени она переводила взгляд с одного человека на другого, отмечая про себя то, что видела понимание в их глазах.
Особенно внимательно еë слушал Вейс. Его она заметила в самом дальнем конце лагеря. По его лицу было видно, что он только что проснулся. Она специально не стала его будить рано утром, дав ему выспаться. Закончив отдавать распоряжения, она поспешила к нему.
Как только она оказалась в зоне досягаемости для него, он тут же взял еë за руку. Девушка отметила с каким облегчением он вздохнул после этого. Медленно он потянул еë на себя и спросил:
- Могу я... обнять тебя?
- ... конечно...
Девушка не понимала, что случилось, но не видела ничего предосудительного в его просьбе.
Получив согласие, он тут же подхватил еë на руки и занес в палатку.
Он положил еë на то место, где они спали прошлой ночью и зарылся головой в еë объятия, с явным наслаждением вдыхая любимый запах.
- Я... испугался... когда я проснулся... тебя рядом не было... Это было ужасно. Пожалуйста... оставайся рядом со мной... всегда...
- Вейс?
Девушка очень удивилась, когда он аккуратно взял еë ладони и нежно поцеловал их тыльную сторону.
- Ты здесь... ты рядом со мной...
Он поспешно перевернул еë руку и коснулся губами внутренней стороны ладони, что вызвало у девушки волну мурашек.
- Ха-ха-ха, Вейс! Щекотно! Прекрати! Ха-ха-ха! Перестань!
- Прости... ещë чуть-чуть...
Он прислонился носом к еë плечу, и волна горячего воздуха опалила еë кожу.
- Ещë немного...
Они лежали так в течение нескольких минут, утопая в мареве тепла и близости.
Внезапно он нарушил блаженную тишину.
- Я тут вспомнил... как ты... спасла меня... Прошло уже полгода, а кажется, что это было совсем недавно... Помнишь?
- Конечно, помню.
- Уже тогда я... влюбился в тебя. Но тогда я и не подозревал, что ты... настолько прекрасна... Я думал, что недостоин... а сейчас... очень испугался... решил, что ты ушла... навсегда.
- Успокойся. Так просто ты от меня не отделаешься. Даже не мечтай.
- Это утешает... Пожалуйста... в следующий раз... и всегда в будущем... буди меня... чтобы я больше никогда не испытал этого ужаса...
- Хорошо. Надеюсь, однажды ты научишься доверять мне.
- Дело не в тебе, а во мне. Я не уверен... в твоем выборе... в себе...
- Обещаю, что буду рядом.
- Обещаешь? Как ты можешь такое обещать?
Для Вейса его неуверенность в себе была неотъемлемой частью его характера. Он не верил, что что-то в мире может это изменить. Ровно как и в то, что Агния всегда будет с ним. На самом деле он втайне считал дни, проведенные вместе, со страхом ожидая тот день, когда он останется один.
- Я всë могу, разве ты не знал?
- Х... хорошо...
Спустя ещë несколько минут, Вейс вновь заговорил.
- Агния... раньше ты ведь жила в городе? Ну, до... того дня...
- Да, я была обычной городской жительницей, а что?
- Тогда откуда ты знаешь всë это? Как выживать в лесу... и прочее...
- У меня были хорошие учителя.
- Кто?
- Одна лесная группа.
- Ты была частью лесной группы?
- Не совсем. Они подобрали меня.
Девушка всматривалась вдаль, будто вспоминая что-то, копошась в глубинах бесконечной памяти.
- Когда я выбралась из того ада... и потеряла веру в людей... Я бессмысленно слонялась по разрушенным улицам... Тогда... Именно тогда... Не помню сколько я так бродила... но вскоре... я встретила их... Точнее... это они нашли меня. Они заметили девушку в лохмотьях и ранах... и приютили меня... Я прожила с ними всего месяц. Каждый день они собирались у большого костра, молились и рассказывали друг другу истории из жизни. Они делились всем: чувствами, мыслями, страхами... Главным у них был некто, кого в прошлом я бы назвала чокнутым религиозным фанатиком. Он все время раздавал всем советы, что-то проповедовал... Сперва он показался мне странным... Позднее я вслушалась в его слова. Они были такими сладкими... раньше я бы всенепременно поверила им... Если бы собственными глазами не видела ту невиданную человеческую жестокость, лицемерие, жадность, похоть... Однако он был так убежден в своих словах... Я не стала с ним спорить. Однако всякий раз, когда он начинал очередную проповедь, я мысленно ругалась с ним. Каждый раз я представляла, как бы изменилось выражение его лица, если бы я прямо сейчас сказала ему правду... мою правду... Вскоре для меня стало невозможно спокойно слушать его. Я злилась, волновалась, мне хотелось кричать, однако я всегда держала свои мысли при себе. Я никогда не рассказывала о том, что пережила, ни ему, ни другим членам той группы. И у костра сидела молча.
Однако однажды всë изменилось. Я не выдержала. Когда я была с ним наедине, я заорала на него. Я кричала и не могла остановиться. Меня разрывали болезненные странные чувства. Он каждый день говорил о людях, об их доброте, благородстве и честности... Я хотела разубедить его. Я поведала ему свою историю. Я кричала о том, как меня пытали, как насиловали, о том как я безжалостно убила их всех. Я боялась. Я была в ужасе. Я всеми силами пыталась показать ему... истину. Правду, которую он отказывается принимать. Однако в душе я понимала, что я просто хотела доказать себе, что не ошиблась. Я запуталась и уже ничего не понимала. Я боялась разубедиться в своих суждениях сама... Ведь тогда получается... я убила невинных? Но ведь они же не были людьми! Те, кто мучает других ради удовольствия - не люди! Я правильно всё сделала. Я поступила правильно! Ведь так?!
Он не стал со мной спорить. Просто обнял меня и вытер мои слезы. А потом... я просто ушла. Я провалилась в сон, а на следующий день покинула группу. Каждый из нас остался при своём мнении... почти... Мне кажется, что мы сильно повлияли друг на друга. Уходя, я ещë раз взглянула в его глаза... И знаешь, что? В них появилась невиданная ранее твёрдость. Он действительно немного пересмотрел свои взгляды. Он по-прежнему верил в людей... но не во всех. То же самое произошло и со мной. Я больше не верила в людей, но обрела надежду, что однажды я встречу кого-то вроде тебя... кого-то, кто и вправду заслуживает жизни. Неиспорченного, мягкого, милого, в какой-то степени невинного. Просто не тогда. Просто не там. Однако я не желала признавать произошедшие со мной изменения. Как только я ступила за деревянные ворота их лагеря, я, не оборачиваясь, бросила: "Вы ещë поймете, что я была права". Я шла так быстро, что кажется бежала. Я боялась случайно обернуться, ведь тогда они бы увидели моë выражение лица и всë поняли. Они поняли бы, что я уже и сама в своих словах не уверена.
Впоследствии я встретила множество людей, почти все из которых были именно такими, какими я их представляла. Жадными, ленивыми, грязными, тупыми и жестокими. Прошли годы, но я до сих пор вспоминаю эту группу. Интересно, как они? И что случилось с их верой в людей? Не может быть, что они так и не встретили на своём жизненном пути тех людей, о которых я говорила. Особенно после конца, когда даже самые приличные люди потеряли всë человеческое. Что бы они теперь сказали мне? Дальше бы продолжили заливать про доброту и всепрощение? Милосердие, которое ценят только они, а другие воспринимают как возможность всадить нож в спину? Смогли ли они вообще выжить с такими-то убеждениями?
- Кто знает...
- Ты прав. Что-то я разговорилась. Ночью нам на охоту. Этих бездарей учить уму-разуму. Надо выспаться.
- Спи спокойно.
- А ты... не будешь спать?
- Я уже выспался. Можно я просто посижу рядом?
- Как хочешь.
Однако несмотря на внешнюю холодность, Вейс видел, что от его слов она испытала облегчение. Она слишком долго жила одна, ни на кого не полагаясь. Ей было стыдно признаться в том, что сейчас ей была жизненно необходима его компания. Он всë это понимал, и от осознания того, что сегодня понял еë чуточку лучше, у него на душе потеплело. Она его.... его маленькая, но такая сильная и гордая... Агния.
- Я разбужу тебя ближе к вечеру.
- Полагаюсь на тебя... мой драгоценный.