– Стас, ты сдурел? – скинула я с локтя его пальцы, – между нами все кончено.
– Брось, я косячил, я знаю, – он стиснул зубы и по щекам заходили желваки, – но Уля, у нас же было целых четыре идеальных года.
Было. Опускаю взгляд себе под ноги. Идеальнее некуда. Стал только что на руках меня не носил. Мы не ссорились, проводили много времени вместе. Стас помнил все праздники, дарил цветы и подарки. Часто даже без повода. Мы объездили вместе всю страну и ближнее зарубежье. И даже предложение руки и сердца маячило на горизонте.
– Что ты хочешь этим сказать? – вскинула на него глаза и криво улыбнулась.
– То, что мои маленькие увлечения никак нам не мешали, а даже укрепляли отношения.
– Правда? – от такой наглости у меня глаза на лоб полезли.
– Уля четыре года я старался быть лучшим в мире парнем и ты была в восторге. И наш брак был бы таким же. Если бы ты не знала, это бы тебе никак не помешало.
– Да ты сдурел, Стас. Ты зависим от сайта знакомств. Ты общался там с кучей женщин. И говоришь, что это никак мне не мешало?
– А как? Уль? – Стас подошел ближе и скользнул пальцами по моей руке, – ты была счастлива со мной. Я делал все, что ты хотела. И всего-то нужно было закрыть глаза на эту малость, которая нам не мешала.
– Малость, – мне кажется земля начала уходить у меня из-под ног, – ты спятил.
– Господи, Уля. Ни одна из них ничего для меня не значила. Я всегда любил только тебя, – выдал Стас на полном серьезе.
– Так зачем они были тебе нужны, если ты любил только меня?
– Черт, ну я же мужчина.
Ой, блядь. Ну, началось.
– В нас заложен инстинкт охотника. Мы должны побеждать, завоевывать. Это в крови.
– Ух ты, – аж дыхание перехватило от его слов. Охотник, сука.
– Увидел, победил, поставил галочку и забыл. Они все были одноразовые, Уля. И только ты навсегда.
– Пиздец, Стас. Я в ахуе.
Даже не верится, что я реально все это слышу. Не в первый раз уже. Но блин, каждый раз, как первый. Ибо не могу проникнуться его философией никак. Кошмар.
– Не ругайся матом, Уль. Тебе не идет, – покачал он головой с укором.
Ох ты ж мой моралист!
– Уль, возвращайся. Ты лучше меня не найдешь.
– Это точно, – ответила я заторможено, – такого точно нигде не найду.
Хотя, у Яна в голове, наверное, примерно такие же мысли были. Только в его глазах я была той самой на раз. Увидел, победил, поставил галочку и забыл.
– Солнышко, я тебя люблю. Ты же видишь, что не могу забыть. Не просто так сюда меня все время тянет.
– Да пошел ты, Стас, – с размаху залепила ему звонкую пощечину и быстро побежала домой не оглядываясь. Как же так? Вот как так? В голове не укладывается. И даже три месяца без меня никак не повлияли на его мысли. Одна и та же муть, одни и те же слова.
– И где продукты? – застыла в пороге Ира.
– Стас был на улице, – сообщила я севшим голосом, – опять предлагал сойтись.
– Ну блин, – сестра затащила меня в квартиру, – как он узнал, что ты тут?
– Жук, – процедила я и пошла на кухню.
– Ясно, – Ира закатила глаза, – ты как?
– Надоел мне уже этот вопрос,– села за стол и принялась помогать Паше, уныло перебирающему гречку, – задолбал. Только раздражает, – глянула исподлобья на сестру, – отпустило меня, Ир. Совсем. Стас это пройдённый этап, сто процентов.
– Ну-ну, – Ира присела с нами за стол и тоже принялась за гречку, – может весь килограмм переберем, чтобы потом не мучатся?
– Давай сколько есть, мне лишь бы руки занять и не кинуться расцарапывать Стасу лицо.
Глава 13
– Я должна была догадаться, – болтаю туфелькой, которая съехала со стопы и осталась висеть только на носке, – слишком он был хорош.
Мы с Ирой сидим за барной стойкой в уютном ресторанчике и тихонько попиваем мартини, ожидая, когда меня пригласят за столик. Ира коварно записала меня на экспресс-свидания и заманила в ресторан обещаниями женской пьянки и очередного разговора по душам. Узнав правду, я посмотрела на нее осуждающе и только грустно вздохнула. Три месяца прошло, в принципе пора пробовать.
– Уже ничего не исправить, Уль, – напоминает мне сестра прописные истины.
– Знаю, – проезжаюсь пальцем по длинной ножке бокала. Боль притупилась, но тяга все еще сильна. И мне так хочется говорить о нем, хотя бы просто произносить его имя в слух, что в который раз, абсолютно мазохистически напомнить себе, что Ян был в моей жизни. Что он существует, – он всегда одевался просто, джинсы, майки, кроссовки. Да, у него был айфон, но с ним все сейчас таскаются. И машина была старая. Ян был весь обычный и никаких замашек.