Беспорядочные группы тех, кто хотел превратить планету в колонию, бежали в страхе кто куда, подобно тараканам, хаотично бегающим по полу в поисках укрытия, когда на кухне включился свет.
Ни о какой победе речи не шло – у всех в головах был только страх смерти и дикое желание выжить. Увидев такую картину, Вейс сначала тоже запаниковал, но спешно взял себя в руки и со всех ног побежал догонять своих товарищей. Его главной целью стало успокоить и привести в чувство всех кайселов. Он занимал один из самых высоких постов в оставшейся части армии и, с поддержкой факта своей принадлежности к королевской семье, он должен стать новым временным лидером поверженных имперцев.
И всё, вроде бы, правильно, но почему его гложет странное чувство тревоги… Он ведь так и не выяснил, кто стоит за покушением…
Глава 19. Восхождение падших
За неделю до нападения на лагерь имперцев.
На небольшом возвышении лежало тело того, кто спас их жизни и всегда приходил им на помощь по первому зову. Он единственный, кто вытащил из под обломков Копушу, кто поделился последними лекарствами с умирающим Соником, вытащил Матушку из обвалившейся канализации, дал кров Солнышку и поддержал Злату и её детей – Винтика и Кнопочку. Он дал кров многим людям и организовал их работу. Он тот, кого уважает каждый мужчина их группы. Что Тор, что Яндекс, да даже взять Плутона – всё они хотят быть похожими на такого великого и благородного человека. Сейчас каждый из них горько плакал. Мужчины пролив слезу, хотели бы и убежать, чтобы в одиночестве заорать во всю глотку, но не могли двинуться с места, приковав взгляды к холодному трупу. Женщины и дети не сдерживались и невыносимо отчаянно рыдали, прижавшись к груди и плечам рядом стоявших мужчин, сжавшись в болезненный комок. Сегодня они потеряли лучшего их них, их незаменимого лидера и товарища. Того, кого каждый по праву был готов назвать отцом. Все присутствующие были сломлены, их души и сердца разбились вдребезги, превратившись в горстку острых осколков, которые терзали их изнутри. В этот момент им казалось, что они снова лишились всего, этот день очень напоминал им тот самый, когда в огне пожарищ они потеряли дома, семьи и надежду на будущее, но в этот раз боль была сильнее. Их опора, которая удерживала их после конца рассыпалась на мельчайшие песчинки, и боль, подобно мерзкому грызуну выедала их изнутри. Никто из них не знал, что делать дальше – без своего лидера они из сильных властителей этих земель превратились в маленьких глупых детей.
Внезапно из толпы вышел крупный молодой мужчина – сын погибшего лидера, один из претендентов на роль будущего вождя. Он подошёл к телу своего погибшего отца, склонился над ним, а затем поднес руку покойника к губам. После завершения обряда прощания, он обернулся ко всем собравшимся. Повисла гробовая тишина, изредка нарушаемая лишь негромким женскими всхлипами. Вскоре затихли и они, и всё внимательно уставились на Топтыгу. Молчание нарушил уверенный и тяжёлый бас. «Братья и сестры, сегодня мы потеряли Короля, человека, поистине самого достойного среди нас. Я хочу сказать о нем несколько слов. Он был не только моим отцом, но и отцом каждого из нас, всем нам он подарил эту жизнь в тот момент, когда вытащил из пучины отчаяния и безнадёги. Он был честным, бесконечно мудрым и невообразимо добрым, готов был отдать другим всё, что имел сам. Когда был голод, эпидемии, погодные ненастья, он всегда отрывал от себя последнее, благодаря этой его щедрости мы и выжили. Каждый из нас в неоплатном долгу перед ним. Он был нашим отцом, братом, другом и даже больше, нашим богом, в которого мы верили, которому молились во всех наших тяжких испытаниях. Но сегодня его не стало. Это огромная потеря для всех нас, но мы должны жить дальше, как бы бесчувственно и предательски это не звучало. Я уверен, он хотел бы этого, ведь он всегда был рад видеть улыбки на наших лицах. Для него не было большего счастья…»
В этот момент из толпы вырвался шумный смешок, все удивлённо распахнули глаза и стали озираться, пытаться понять, кто из них издал этот звук. Вскоре толпа расступилась, и из-за высоких спин мужчин вышла красивая молодая женщина среднего роста и телосложения, продолжая то ли хихикать, то ли хныкать. Она шла, опустив голову, так что никто не мог рассмотреть её лица. Она подошла к возвышению и, взобравшись на него, подняла голову. У всех присутствующих перехватило дыхание.