- Агния? Это правда ты? Ты в порядке? – было видно, что он едва смог выдавить из себя это предложение.
- Да, Миш, это я, действительно я. И у меня о всё в порядке. А остальные? Они…
Он поджал губу, лицо его исказила болезненная гримасса. Ответа не последовало, но он и так был очевиден.
Внутри всё резко сжалось, и потянуло вниз к полу, а потом просто взорвалось, меня вновь охватило отчаяние. Я и не осознавала, несколько сильна была моя надежда на то, что дорогие мне люди до сих пор живы, что они спрятались где-то, где взрывы их не достали, может быть как-то случайно…
Я бы так и оставалась в ступоре, если бы не движение Миши рядом. И именно это меня спасло. Спасло от падения в бездонную пропасть безумия. Вот он, рядом, тот, кто во мне нуждается, и это придало мне сил. Ведь среди разбитых и размолотых в микроскопическую пыль осколков моей души остался один, не очень крупный, но достаточный для того, чтобы быть причиной жить дальше.
Я мгновенно поднялась на ослабших ногах и подошла у нему, всё ещё переживающему и осознающему события недавней катастрофы:
- Понятно. Можешь больше ничего не говорить. Ты сам-то как?
Он отвлекся от душераздирающих мыслей и воспоминаний и прислушался к своим ощущениям.
- А я уже и не знаю. Я не чувствую ног. Дышать трудно, я видимо умираю…
Мысль о том, что последняя частичка моей прежней жизни так легко может исчезнуть во мгновение ока, как и все предыдущие, резко захватила меня с головой, заполонила все мысли, заставила всё внутри болезненно сжаться. Где-то в горле стали зарождаться новые всхлипы, которые грозились перерасти в рыдания, потихоньку меня снова начала накрывать подступающая истерика.
- Неет! Я не дам! Я тебя сейчас вытащу! Не волнуйся! Я справлюсь!
- Погоди, Агния, - я с трудом отодвинула первый камень, отделявший меня от тела,- это уже бессмысленно. Я всё равно умру, так что не…
- Молчи! Не говори ничего! Не трать силы! Я сказала, что вытащу тебя, значит вытащу!
- Агния, стой, я… хотел сказать тебе… в общем… ну...
- Ну что?
- В общем, это всё равно уже не имеет смысла и ничего не меняет, но я хочу, чтобы ты знала… Ты… мне… нравишься…
После этих слов я на время замерла, и ещё долго всматривались в лицо, на котором не было и следа лжи, только болезненная обречённость. Я ему… нравлюсь? Я? Ему? В голове не укладывалось, чем могла обычная девушка привлечь такого красавца, к которому липли все девчонки школы. Тем более, у него ни разу не было серьезных отношений. Он и я? Поверить в это было бы в обычной ситуации сложно, а может и вообще невозможно, но почему-то именно сейчас я поняла, что он говорит правду. На смертном одре нет смысла лгать.
- Почему? - только и смогла я произнести.
- Ты такая красивая…
(Ну, красота в глазах смотрящего)
- Сильная...
(Ага, и поэтому езжу в школу на автобусе и в магазин хожу по нескольку раз, перенося продукты небольшими порциями)
- Умная...
(Ну, тут я спорить не буду, хотя и поддерживать тоже, ведь всё познается в сравнении, и в классе я всегда была где-то в середине рейтинга успеваемости)
- Как только я тебя увидел, то сразу и обомлел. И с тех пор меня больше не привлекала ни одна другая девушка. Но тебе явно нравился Алексей, и я не собирался навязываться тебе со своими чувствами. Я, конечно, не сидел сложа руки, я пытался чаще с тобой контактировать, общаться, помогать, и всячески старался привлечь твое внимание. Я и в футбол пошёл только потому, что видел, с каким восторгом ты наблюдаешь за игрой. Я надеялся тебе понравиться, и слишком поздно понял, что ты смотришь не столько на игру, сколько на капитана команды. Я понимал, что проигрываю, но признаться тебе в своих чувствах не решался. А сейчас мне уже совсем не страшно. Уже ничего не страшно. Хотя нет, я боюсь, я боюсь умирать, Агния. Ты посидишь со мной немного? Я…
- Миш, ты…
-Тшшш... Пожалуйста выполни мою просьбу, последнюю просьбу… пожалуйста останься со мной…
- Хорошо, я… немного посижу, отдохну, а потом всё равно тебя вытащу, ты не умрешь, обещаю.
- Будь по твоему…
Повисла тишина, нарушаемая лишь его сбивчивым дыханием.
- Агния…
- Да?
- Споешь для меня?
- Хорошо, но…
- Ты очень красиво поешь… Я бы хотел ещё раз послушать…
- Хорошо… Про что спеть?
- Про… любовь?
Тишину развалин нарушил нежный успокаивающий голос.
Долгие века ищем мы любовь по свету,
А за нами пыль да воронье.
В небе облака на кресте рука,