– Адель, с днём рождения! – улыбаясь сквозь силу, произнесла Оливия, стараясь не обращать внимания на Оливера, но это было довольно проблематично, потому что в тот самый момент он не отрывал от неё взгляда. – Как же я рада видеть тебя! – и она с силой прижала подругу к себе, продолжая театрально играть улыбкою на лице. – И как здорово, что пригласила ты именно меня, ведь я твоя лучшая подруга!
Адель замялась. Она не сразу нашлась, что ответить на это, но, не успела и придумать чего–либо стоящего, как ей на помощь пришёл Оливер.
– В действительности, Адель, – улыбнулся он, и она не в первый уже раз поразилась изумительной хрипотце его голоса. – Ты ведь знаешь, какая великая для меня честь – быть твоим единственным лучшим другом!
– Учитывая, что никого и никогда в твоей жизни таких, как я, больше не было, – продолжала Оливия, смотря теперь только лишь на Оливера. Она была одного с Адель роста, так что он был ей значительно выше, но, несмотря на то, что взирала она на него снизу вверх, она гордо поднимала подбородок и пыталась всячески высмеять его, показывая, что не он здесь главный.
– Ребята, перестаньте! – взмолилась Адель на очередной ноте их перепалки. – Прошу вас, только не сегодня… – пролепетала она, всё больше переходя на шёпот, а после осеклась. И молодой человек, и девушка, принялись только лишь без дела топтаться на месте, не в силах ни взглянуть на свою подругу, ни вымолвить что–либо. Она собиралась было ещё что–то сказать, но Оливер остановил её:
– Адель, я заплачу за всех.
Такого заявления она совершенно не ожидала. Пока она готовилась к своему дню рождения (но, конечно же, в первую степень, к своему плану), она заранее стала просить у отца фунты на школьные обеды, которые откладывала на предстоящий просмотр фильма. Теперь же услышанное совершенно сбило её с толку.
– Я переговорил с мамой, и она… В общем, она считает, так будет вернее, – со смущённой улыбкой добавил он, открывая, при этом, перед ними обеими дверь, и за своей спиной Адель услышала ехидное высказывание Оливии:
– Какое благородство!
И если вначале она решила, что ничто не может поразить её так сильно, как сам вид этого здания, то теперь она считала свои доводы полнейшей ошибкой: она видела, как чудесно внутри, как каждая мелочь здесь напоминает о бывшем когда–то здании театра. Они прошли мимо буфета и оказались в зале ожидания, где стояли пышные, очень мягкие по структуре своей бардовые кресла в стиле ретро. Она рассмотрела за окнами противоположную сторону кинотеатра – уютное небольшое кафе на открытом воздухе, располагавшееся прямо на побережье. Кажется, именно поэтому внутри казалось слегка холоднее – ветер доносился снаружи прямо сквозь открытые двери и окна. В кафе сидели несколько людей, но они были так увлечены беседой, что ни за что бы не заметили, что кто–то наблюдает за ними издалека.