Выбрать главу

В тот же день, покончив с уроками, она хотела было приступить к этому своему любимому делу, но, когда складывала необходимые для другого дня учебники в портфель, вдруг осознала, что дневничка между ними нигде нет. Она обыскала все отделения и разъёмы, куда он мог бы случайно завалиться, но его, как назло, не оказалось нигде. Она с ужасом подумала вначале о том, что могла бы потерять его где–то в грязи, возвращаясь домой, но после ещё одна, более страшная догадка пришла ей в голову – она могла оставить его в школе в том самом виде, в котором находился он – с подписью на первой странице, что посвящается всё написанное Оливеру Мэлтону!

Краска вмиг залила ей щёки. Она носилась из одного угла комнаты в другой, не находя себе места и ломая руки, но ничего не могла поделать со своею нервозностью. Она уточнила было у отца, не находил ли он уже знакомой ему книжки, но, получив отрицательный ответ, воотще пожалела, что спросила его. В расстроенных чувствах она не знала, как быть ей дальше. Безумные мысли подсказывали ей, что лучше назавтра совсем не появляться в школе, но она просто не могла так поступить по отношению к отцу и к своему хорошему образованию. Она заснула с беспокойными мыслями, моля ныне свою судьбу о том лишь, чтобы она в действительности потеряла эту дорогую ей из детства вещь где–нибудь на дороге, а не оставила в школе. Впрочем, вспоминая теперь, она решила, что, должно быть, оставила его на стадионе – там она была не раз сегодня. Решив, что вряд ли много людей в такую дождливую погоду были там, она немного утешилась этими мыслями и смогла, наконец, спокойно уснуть. Но утром страшное предчувствие вновь посетило её, и Адель всё не давали покоя мысли, что, если она потеряла дневничок в школе, кто–нибудь в действительности уже отыскал его.

Когда она встретила Оливию, которая провожала своего брата в школу (он ходил уже во второй класс), то, сколько бы ни улыбалась и не старалась вести себя непринуждённо, подруга вмиг заподозрила что–то неладное. У неё с самого малого возраста была буквально интуиция на все неприятности Адель.

– Беги, – улыбнулась она брату, мягко утыкаясь носом ему в щёку, а после, вновь выпрямляясь, повернулась к подруге: – Адель, что случилось?

– Пустяки, – Адель улыбнулась ей, но это не развеяло сомнений Оливии. – Я прогуляюсь по стадиону перед уроком. Время ещё есть.

– Я с тобой, – отозвалась подруга, и они пошли вместе. Они молчали всё то время, что проходили один круг за другим. Оливия привыкла, что после такового молчания Адель сама начинает рассказывать ей о том, что тревожит её, однако ныне, когда ей казалось, что она уже готова было начать, она заметила вдалеке фигуру. Заметила его и Адель, и вмиг всё смущение отразилось на лице её. Они так долго дружили с Оливером, но никогда ещё прежде не чувствовала она себя с ним столь застенчивой!

– Привет, – улыбнулся он ей, и она заметила, как светлые волосы его растрепались на тёплом ветру. Ей нестерпимо хотелось подойти к нему ближе и поправить их, заведя прядь–другую за ухо. На его же приветствие она ответила немолчной улыбкой. Оливия отвернулась, собираясь уходить, и Адель хотела было тут же остановить её, но Оливер, к её огромному удивлению, сделал это прежде:

– Ты вечно будешь бояться этого, Шейл? Всегда будешь убегать от желаемого?

Адель быстро обернулась, но заметила лишь быстро удаляющую Оливию. Чувства жгли её изнутри, но, только успела она обернуться к Оливеру, чтобы осведомиться у него, что происходит, как он спешно объяснил ей сам, понурив голову и задумчиво прикусив губу:

– Она разговаривала на днях с Патриком Джейном.

– И? – девушка знала, какие чувства её подруга испытывает к этому молодому человеку.

– Она очень любит баскетбол, Адель. Просто безумно. Но боится себе в этом признаться, а, значит, начать играть, – отвечал он, задумчиво ковыряя носком ботинка землю. Адель не произнесла больше ни слова. Она решила, что это именно тот повод, которого она так долго ждала, чтобы подружить своих друзей. Она знала уже давно, что они оба имеют сильную приязнь к баскетболу, но не знала, что всё зашло так далеко, а потому теперь улыбнулась собственным замыслам.