– Райан! Больно! Пусти! – взвизгнула она, вырываясь из его хватки, когда они были почти на воздухе. – Что на тебя нашло?
– Что нашло? Ты видела, как он смотрел на тебя? Будто одним лишь взглядом предлагая сняться в непозволительном фильме! – вне себя от злости, произнёс он, но в ответ на его гнев она лишь мягко улыбнулась:
– Ты ревнуешь?
– Я, не… нисколько… – собирался было пробормотать он, когда она подошла совсем вплотную к нему, и юноша, как и прежде, мало контролируя себя, отдался её объятиям, рукам и поцелуям.
Тёплый снегопад сыпался с неба, оставляя на окне лишь секундные очертания капель дождя. Райан наблюдал за ним, таким недолговечным, подперев подбородок рукой, никак при этом не в силах сосредоточиться на лекции, которые прежде так сильно увлекали его внимание. Что с людьми делает любовь? Как мог он теперь забыть эти рождественские каникулы, которые были несравнимы для него ни с чем, что он прежде знал в свой жизни! Каждый день видеть Элизабет: её улыбки, её шутки, её забавные разговоры , её сладкие поцелуи, её тёплые объятия… В какой–то момент он ощутил, что почти не помнит и слова на французском. Разве что кроме одного выражения.
– Ты знаешь, – говорил он ей как–то, покуда она голова её лежала у него на груди, рассыпая в разные стороны пушистые светлые волосы, от каковых обыкновенно пахло то ли мёдом, то ли корицей, – во французском языке нет выражения «Я скучаю по тебе». Французы говорят tu me manques, что дословно можно перевести как «Ты отсутствуешь у меня».
А ещё он совсем перестал писать сценарии.
– В прошлом семестре мы много разговаривали с вами о писательстве как о ремесле в целом. Мы учились писать. Михаил Чехов советовал актёрам прежде всего работать над собой. Этот совет подходит всем людям творческих профессий – в частности, и вам. Когда вы приучили руку к письму, вам больше нечего бояться. Белый лист для вас – всего лишь топка для очередной задумки, в которой не хватает угля. Люди не берутся за ручку, потому что одержимы совершенством. Потому что считают, что по–настоящему пишет лишь избранный тип человечества. Надеюсь, мои занятия развеяли этот миф. И теперь мы переходим от того, с чего всё всегда начинается – от задумки, к самому главному – её осуществлению.
Райан слушал лекцию мистера Фостера так, словно был совсем далеко отсюда. Он не ощущал в себе никаких изменений, но совершенно не мог сосредоточиться, когда здесь, рядом с ним, была Элизабет. Он то и дело переводил взгляд на неё, то вспоминая их нелепое примирение, то совместное Рождество, то частые прогулки под мокрым британским снегом по районам Лондона, в которые он прежде никогда не заходил. Она даже показала ему метро. Впервые за все пять лет в столице он своими глазами увидел метро и с изумлением заметил, что поезда могут отвозить людей не только на дальние расстояния – как и его самого, когда он отправлялся домой, но и на совсем близкие, да ещё и под землёй.
– Что ещё я не знаю о Райане Тёрнере? – усмехнувшись, спрашивала она, лукаво поглядывая на него, точно специально при этом слегка прикусывая губу, что и раздражало, и будоражило его всего изнутри одновременно. – Вероятно, такой галантный джентльмен брал какие–то уроки века два назад?
– Я, конечно, мечтал когда–то жить в XIX веке, – смеялся в ответ юноша, – но то были глупые подростковые фантазии. Хотя, пожалуй, удивить тебя я кое–чем могу, ma belle[2].
– Итальянский? – удивлённо спросила Элизабет.
– Французский, – улыбаясь, помотал головой он. – А ещё я обучен верховой езде.
– Существуют лишь два способа для написания прекрасного сценария, – продолжал преподаватель, пока все в аудитории, казалось, кроме Райана, были напоены атмосферой творчества своей будущей профессии. – У вас может быть лучшая идея всех времён, но если сценарий не отформатирован правильно, есть высокий шанс, что он не будет никогда прочитан.
– Неужели есть ещё на земле такие, как ты, – шептали юноше мысли словами Элизабет, когда она лежала на кровати сосем близко к нему – так близко, что он, несмотря на все свои внутренние увещевания, готов был в ту же секунду заняться с нею любовью. – И каждый раз, когда я с дуру говорю, что не понимаю тебя, я на самом деле не могу толком для себя осознать, нравится мне в тебе это или нет.
– Важно понять, что такое сценарий, ведь он описывает все элементы вашей будущей кинокартины: аудио, визуальные эффекты, поведение персонажей, диалоги, которые необходимы, чтобы показать историю через фильм. Поэтому для первого способа самое основное: сосредоточение на написании картинок и звуков. Смотреть любимые фильмы – полдела. Надо читать их сценарии.