Не успеет.
Я встречаю его левой двойкой: джеб в нос, правый в висок. Голова дёргается вбок, и он падает как мешок.
Первый всё ещё держится. Тяжело дышит, но смотрит зло. Его удар летит к моему лицу, я уклоняюсь, шаг назад. Тут же сокращаю дистанцию, бью левой в корпус, ещё раз, потом правый прямой в челюсть. Он валится, как подкошенный.
Стою, мышцы напряжены, кровь стучит в висках. Они лежат. Вокруг собрались зеваки и в мёртвой тишине смотрят на это шоу.
— Ник Грозный, господа, — представляюсь, криво поклонившись. — Кто-нибудь ещё хочет прокомментировать мой внешний вид? — скалюсь в улыбке, и толпа начинает рассасываться. — Так я и думал, — хмыкаю и, поправляя свои волосы, собираюсь пойти дальше.
— Вы что натворили? — на моём пути вырастает девчонка метра полтора, серые глаза выпучились на меня, как на отморозка. — Помогите им, — кивает на лежащих, и какие-то парни спешат на помощь, словно Чип и Дейл. — Вам придётся пройти со мной в деканат, — заявляет девица со светлыми и длинными, до округлых бёдер, волосами, собранными в мудрёную косу.
Гладкая кожа без намёка на макияж, но светящаяся каким-то естественным сиянием. Губы мягкие, естественного розового оттенка, будто только что после тёплого чая. Серые глаза смотрят возмущённо, внимательно, будто сканируют моё лицо. Ни одной чёткой эмоции, только собранность и сосредоточенность. Удивительный экземпляр, для полноты эффекта круглых очков на носу не хватает. Но они сделали бы её сексуальной училкой из фантазий подростка.
Так, очнись, Ник!
— Эм, нет, у меня другой маршрут, — вежливо улыбаюсь и обхожу эту карлицу.
— Это был не вопрос, молодой человек, — хватает меня за локоть, и я не знаю, что удивляет больше, — её наглость или обращение.
— Во-первых, — тихо начинаю, сделав шаг и нависая над ней. — Не трогай меня, — на моих губах играет улыбка, но говорю я сквозь зубы. — Во-вторых, я пойду туда, куда собирался, — добавляю и, отцепив тонкие пальцы от себя, разворачиваюсь и ухожу.
Поднявшись на нужный мне этаж, решаю сходить в уборную, отмыть чужую кровь с рук. Едва толкаю дверь, до меня доносится диалог двух студентов.
— Раскидал всех троих в два счёта, — говорит щуплый паренёк с круглыми очками на носу.
— Эту троицу давно надо было кому-то поставить на место, — кивает второй, с рыжими волосами. — Всех достали уже.
— Ну не всех, а только «недостойных», — изображает кавычки в воздухе очкастый.
Я спокойно прохожу к раковине, включаю воду, чем обращаю на себя внимание. Видимо, заметив, от чего именно я отмываю свои руки, парни спешно покидают помещение.
— М-да, Ник, если отец узнает, будешь слушать очередную лекцию о том, как надо себя вести, — говорю своему отражению в зеркале.
Это была его единственная просьба — не лезть в драку, а я в первые же минуты пребывания в стенах университета нарушил данное ему слово. Отца я, конечно, не боюсь, всего лишь не хочу его разочаровать, тем более не хочу расстраивать маму. Но, надеюсь, парни или та девица угомонятся и не пойдут жаловаться в деканат.
Покинув туалет, нахожу нужную аудиторию и, потянув дверь на себя, застываю, не торопясь заходить. Спиной ко мне и лицом в зал стоит та самая особа с серыми глазами. Прислонившись к косяку и скрестив руки на груди, позволяю себе рассмотреть девушку. Блузка из лёгкой ткани подчёркивает хрупкие плечи и изгиб талии, а строгая юбка так обтягивает округлую попу, что я невольно втягиваю воздух едва ли не со свистом. Высокие каблуки придают её фигуре ещё больше грации, делая движения плавными и уверенными, но всё равно она ниже меня на полторы головы.
— У меня есть номера ваших телефонов, я добавлю всех в чат группы. И попрошу не игнорировать мои сообщения, — вещает строгим голосом.
Но он у неё такой нежный, милый, что подобный тон совершенно ей не подходит. Как может человек выглядеть так строго, так правильно и при этом завораживать до состояния полной потери реальности? Тем более меня, человека, который имел девушек всех видов и сортов.
— У нас будут лекции три дня в неделю, упрощу вам задачу и буду присылать расписание в чат. Напоминаю, что те студенты, которые участвуют в мероприятиях университета и будут работать над дополнительными проектами, будут поощрены, — продолжает девушка, иногда опуская взгляд на экран планшета в своих руках. — Вопросы есть? — обводит взглядом группу.
Судя по лицам присутствующих, у них только один вопрос: когда она свалит и оставит их в покое?