– Да, для понедельника… даже очень, но я не против… – чуть не сболтнула лишнего.
– Азура? – он нахмурился, бровь поднята, в глазах тихий вопрос.
Дил собирался что-то сказать, но чайник зашипел. Я вскочила, повернулась к нему спиной и быстро разлила чай, поставила на поднос чашки и сладости. Присела обратно и ждала. Он молчал, и я понимала – ждёт чего-то от меня.
– Что? – разрываю тишину.
– Я всё ещё жду ответ на свой вопрос… – его голос был мягким, но требовательным.
-Но ты ещё не задал ни одного вопроса… – пытаюсь скрыть растерянность.
-Азура… – Дил покачал головой. – Я не могу… не хочу нарушать твою зону комфорта. Если захочешь – говори, я выслушаю. Но если нет – я не буду настаивать.
Чёрт! Как всегда, он так добр… а я снова накручиваю себя сама.
– Если я остаюсь одна или ничем не занята, мысли всегда возвращаются к плохому… к прошлому. Я стараюсь справляться, но пока не получается… – я замолчала.
Дил встал со стула, подошёл ко мне и крепко обнял. Я зарыла лицо в его чёрную мягкую рубашку. Он приятно пахнет… Чёрт! Только не разреветься!
– Ты в порядке? – он поцеловал меня в волосы, затем отстранился, чтобы дать пространство.
– Нет… но я справлюсь.
Дил сел обратно на своё место и посмотрел на меня с такой нежностью, что я снова почувствовала тепло в груди. В его серых глазах – целый мир, который он пока не раскрывает.
– Ты справишься, – тихо сказал он.
– Дил… ты хотел что-то обсудить?
– А… да, точно! – он слегка улыбнулся, но в мимике проскользнула тень нерешительности.
Моя голова повернулась в сторону.
– По поводу ужина в пятницу… Я поговорил с мамой, она рассказала мне твою позицию, и я полностью с тобой согласен. Просто… – он на мгновение задумался. Я отпила чай, который был ещё горячим, наслаждаясь ароматом земляники. -Мама не знала всех обстоятельств и пригласила тебя. Но в пятницу приезжает семья будущей жены моего брата, это официальный ужин двух семей, и… – мои глаза округлились. Брат Дила женится! Сердце забилось быстрее. – Я не знаю, будет ли для тебя комфортно присутствовать там…
– Дил, если ты считаешь, что мне не стоит идти, я не приду. Я сразу сказала твоей маме, что, если ты против – я не буду настаивать.
– Я ещё не закончил. Послушаешь до конца?
– Прости, Дил…
– Ничего, – он протянул руку и сжал мою, уже стоящую на столе. – Я волнуюсь за тебя. Не знаю, почувствуешь ли себя комфортно среди почти незнакомых людей… и ещё плюс других гостей, которых, возможно, больше не увидишь. Если ты решишь пойти, я обещаю: не отойду от тебя ни на шаг. Я действительно волнуюсь.
Я улыбнулась, пытаясь передать всю искренность и тепло.
– Какой ты милый! Дил, не переживай. Если ты будешь рядом, всё будет отлично. Я уже познакомилась с твоей мамой – она добрая и яркая! Познакомлюсь с твоим братом и его невестой, с твоим отцом, а остальных гостей увижу один раз. Один вечер не повредит. Я хочу быть рядом с тобой, ты для меня важен. Если решишь, что мне идти – я буду там. Если нет – прислушаюсь к тебе.
Я встала со стула и подошла к нему. Он молчал, глаза выражали смятение и борьбу с собой. Я ничего не сказала, просто обняла его, как он сделал для меня. Поцеловала в волосы. Дил вздрогнул, но обнял меня в ответ, и мы стояли так, чувствуя друг друга, почти не дыша, погружённые в тёплое молчание.
– Тебя что-то беспокоит? – тихо спросила я. – Если я соглашусь пойти на ужин, могу ли я услышать то, что мне лучше не знать?
Тело Дила вздрогнуло. Я гладила его волосы, он обнял меня так крепко, что трудно стало дышать.
– Я боюсь потерять твоё доверие… и увидеть страх в твоих глазах, – его голос дрожал. Я сжала его ещё сильнее. Кажется, есть что-то, что я не должна узнать, и, если я буду на ужине, этот секрет может всплыть.
Я понимаю, что через несколько месяцев нам, возможно, придётся расстаться, и не факт, что увидимся снова. Но я хочу поддержать его, даже не зная, что он скрывает.
Наши глаза встретились. Дил чуть ослабил объятие, и я смогла увидеть его измученное лицо. Он борется с собой.
– Дил, ты хочешь, чтобы я была на ужине?
– Хочу… но одновременно и не хочу, – признался он. Его руки всё ещё держали мою талию, пальцы осторожно скользили по коже, вызывая мурашки. Он даже не осознавал, как это на меня действует.
– Дил, послушай меня… – я обратилась к нему с полной решимостью. – Я обещаю…
– Ты не можешь этого сделать… не зная…
Я закрыла ему рот рукой, чтобы он молчал и слушал.
– Я обещаю. Если я услышу то, что боишься сказать, я не убегу! Я останусь рядом до конца. Я попытаюсь остаться с тобой, но, если я не сумею, ты пойдёшь со мной.
Дил молчал, глаза его были прикованы ко мне. Он дрожал, уткнувшись носом в мою грудь, дышал прерывисто.