– Работа? Или мысли? – прищурилась Марго, и я почувствовала, как покраснела.
Я не ответила. Они знали. Они всегда знали.
– Марго! – укоризненно бросила Синдия, но голос её звучал так, будто и сама она ждала ответа.
Пока подруги переглядывались, я присела рядом с Сид, стараясь улыбнуться Мии. Но она не отвела взгляда – слишком тёплого, слишком понимающего. Я знала этот взгляд… он всегда предвещал вопрос, которого я боялась.
– Что? – Марго развела руками, её голос прозвучал резче, чем она хотела. – Прошло четыре месяца. Мы молчали всё это время, ни слова о нём, даже намёка. Но ведь так нельзя. Нужно поговорить и либо отпустить, либо…, либо сделать так, чтобы вы снова встретились.
В её тоне была не только решимость – я уловила в нём отчаяние, смешанное с болью за меня.
Тишина за столом стала гулкой, будто каждый из нас боялся дышать. Сердце у меня сжалось. Я понимала их – они хотели мне счастья, тогда и сейчас. Но как же объяснить, что, если бы всё было так просто… если бы хватило одного звонка… я бы уже давно дала шанс и ему, и себе.
– Сид, всё хорошо, Марго правду говорит, как бы мне не хотелось признать. Я пыталось не думать о нём, и думала, что если ни поговорю о нём, то мне станет легче, но я ошиблось, – мой голос дрогнул, и подруги это почувствовали.
– Мы же договаривались, – тихо, почти шёпотом сказала Мия. В её глазах была тревога, такая явная, что я невольно отвела взгляд. – Не держать всё в себе. Если скучаешь – говори. Мы рядом.
Я сжала пальцы в замок, стараясь удержать спокойствие.
– Знаю… я знаю, но.
– Но? – Синдия не выдержала, её слова прозвучали как нож в тишине. И теперь все трое смотрели на меня, их глаза были полны тревоги и ожидания.
Посмотрела на них. Их глаза – такие искренние, тёплые. Они не осуждали меня за то, что я всё ещё думаю о нём. Не осуждали за то, что моё сердце принадлежит ему. И всё же мне было страшно признаться даже самой себе: я всё ещё жила им.
Я освободилась однажды от прошлого, что разъедало меня изнутри, и выжила. Тогда, с Ноланом, я думала, что конец настал, что не смогу подняться и снова дышать. Но я поднялась. Я стала сильнее. И если смогла отпустить ту боль, то справлюсь и с этой тоской. Да, я скучаю по Дилану, каждую секунду, будто часть меня осталась рядом с ним. Но эта боль – другая. Она не разрушает, а учит терпению. Мне будет нужно время… много времени. Но я сумею. Я отпущу его. Потому что теперь я знаю: даже с разбитым сердцем можно идти вперёд.
Сегодня решила больше не упоминать пока что Дилана, и сменила тему, подруги небыли против, но я знаю, что они ещё вернутся к этой теме, может быть завтра, через неделю, через месяц, или может быть даже через полчаса.
Мы болтали о мелочах – о работе, о фильмах, о брате, который вернулся домой. Я смеялась вместе с ними, делала вид, что всё в порядке. Но стоило мне на секунду замолчать, как мысли снова утекали к нему.
Мой взгляд машинально обвел кафе. В этот момент за соседним столиком заговорили двое мужчин, и я отчётливо услышала имя, от которого сердце ухнуло вниз:
– …Дилан в скором времени возвращается домой, они вот-вот должны закончить миссию, и через два месяца они вернуться в город, ну я так слышал от Даниеля, не знаю, если он сказал всю правду, он как-то туманно всё объяснил по поводу их возвращением…
Тело окаменело, я замерла. Сердце бешено заколотилось, и я едва не пролила кофе. Такой знакомый голос.
– Ты в порядке? – спросила Мия, тревожно заглядывая в глаза.
– Да… – солгала я, но голос предательски дрогнул.
Я снова прислушалась. Один из мужчин говорил о море, о спасательной операции. Имя прозвучало ещё раз, и я поняла кто говорит, это был Трэв.
Дилан.
Мир вокруг исчез. Я будто снова почувствовала его дыхание рядом, его руки, его поцелуи. Всё, что я так пыталась забыть.
– Азура… – тихо произнесла Сид и сжала мою ладонь.
Но моём лице появилось улыбка, но в глазах защипало. Иногда достаточно одного слова, чтобы вся стена, которую строишь месяцами, рухнула.
И теперь я знала: сколько бы времени ни прошло, от Дила мне не убежать. Я встала со своего стула, подруги прищурили глаза смотря на меня, но ничего не сказали. Обошла наш стол и подошла к двум говорящим мужчин.
Трэв сразу не увидел меня. Я стояла за его спиной, остановилось, но не знаю зачем, наверно мысли в порядок провести.
– Трэв? – мой голос прозвучал тише, чем я ожидала. Мужчина вздрогнул, это было заметно даже по его плечам, но быстро взял себя в руки и обернулся. Я не хотела говорить с ним свысока, поэтому сразу присела на свободный стул рядом.
– Азура? – его голос был ровным, но в нём слышалось удивление.