Когда я вернулась в Лондон, решение назрело само собой: нужно проверить себя ещё раз. Я отправилась к нашей второй старшей сестре Лилии и её мужу в Италию – хотя бы на пару месяцев. Хотелось пожить рядом с их сыном, четырёхлетним Матео, и понять, как я буду чувствовать себя, проводя время с маленьким ребёнком.
Два месяца в Милане открыли мне глаза. Первое – я действительно люблю детей и получаю удовольствие от того, что учу их чему-то новому. Второе – с ребятами старше десяти мне легче находить общий язык, чем с малышами.
Аманда и Элит, родители Матео, были счастливы моему приезду, и нам было очень тяжело прощаться, когда я сказала, что пора возвращаться домой. Но к тому моменту я уже знала: я нашла то, чем хочу заниматься дальше.
Дома, в Лондоне, стоял уже май. Воздух был наполнен запахом цветущих деревьев и какой-то особой лёгкостью, и именно в это время я окончательно решилась: пора подавать документы в университет на учителя. Сегодня, 15 мая, за ужином я расскажу родителям о своём решении.
Сидя за столом, я несколько раз пыталась начать разговор, но слова застревали в горле. Родители, конечно, никогда не были против моих решений, но мне всё равно было страшно увидеть их реакцию.
Когда мама принесла десерт и вернулась на своё место, я глубоко вдохнула и решилась:
– Мама, папа, мне нужно кое-что вам сказать.
Мама посмотрела на меня внимательно, с лёгкой интригой в глазах, а папа, чуть прищурившись, сразу же перевёл взгляд с меня на неё.
– Что случилось, милая? – первой спросила мама.
– Я много думала… – голос дрогнул, но я продолжила. – И решила подать документы в университет. Хочу стать учителем средних классов. Я поняла, что это то, что мне действительно нужно. Я не вижу себя в маркетинге и рекламе, это не моё.
На секунду за столом воцарилась тишина. Родители переглянулись: в их взглядах было удивление и даже лёгкий шок.
– Азура, – мягко заговорил папа, – Ты уверена? Учёба – это не шутка, а ещё один вуз потребует много сил. Думаешь, справишься?
– Думаю, да, – твёрдо ответила я, хотя внутри всё ещё дрожало.
Мама улыбнулась, её глаза наполнились теплом:
– Если это твой выбор, то мы с отцом не будем тебе мешать. Наоборот, поддержим. Но ты должна понимать: преподавание – это нелёгкая профессия. Это не только работа руками и головой, но и огромная нагрузка на сердце. Если ты уверена, иди вперёд. Мы всегда рядом. Мы тебя очень любим.
– Спасибо, – выдохнула я, чувствуя, как с плеч падает груз. – Я обещаю, что не подведу вас. Я буду стараться изо всех сил, чтобы вы гордились мною. Я тоже вас люблю.
Я встала, подошла и обняла их обоих. В такие минуты я особенно остро понимала, как мне повезло с родителями.
Так и начался новый этап моей жизни: второй университет, практика, а затем и моя собственная школа, где я впервые почувствовала себя на своём месте.
Настоящее время…
Я почти доехала до школы. Оставалось только заехать на территорию и припарковаться рядом с блоком, где предстояло преподавать математику детям от семи до тринадцати лет. Но прежде, чем оказаться в своём классе, меня ждал ещё один важный этап – встреча с директором и участие в собрании учителей.
Остановив машину, я закрыла её на ключ и уверенной походкой направилась к центральному входу. День выдался на удивление ясным, не похожим на привычный серый Лондон. Солнце ярко освещало школьный двор, а белые облака на фоне голубого неба казались легкими, словно обещание чего-то нового.
Войдя в здание, я прошла проверку у охраны и поднялась на третий этаж на лифте. Коридор разделялся: слева – несколько просторных помещений для собраний и конференций, справа – кабинет директора, его заместителя и секретариат.
Моё сердце билось чуть быстрее. Подойдя к двери директора, я остановилась на секунду, глубоко вдохнула, постучала и только потом вошла.
Кабинет оказался просторным и светлым. За большим деревянным столом сидел мужчина лет шестидесяти. Невысокий, с овальным лицом, чёрными волосами с проседью и внимательными карими глазами. Но больше всего во взгляде бросалось его добродушие и дружелюбие.
Я знала его давно: господин Вильям был хорошим другом нашей семьи, и именно это немного облегчало моё волнение.
– Доброе утро, господин Вильям, – улыбнулась я, делая шаг вперёд. – Надеюсь, я не слишком много опоздала?
Я краем глаза посмотрела на часы, но стрелки расплывались от ноющей головной боли, напомнившей о вчерашней вечеринке. «Боже, ну почему именно сегодня…» – промелькнула мысль.
– Там, несколько минут, это не страшно, – директор отложил стопку документов в сторону и посмотрел прямо на меня. – Азура, здравствуй. Проходи, садись.