Дил что-то делал в телефоне, а я погрузилась в свои мысли. Всё это странное чувство… четыре месяца, которые мы условно «вместе», а что будет дальше? Будет ли он рассказывать о себе, а я – о себе? Или мы будем молчать до конца?
Наша история необычна: мы хотим быть рядом, хотим друг друга, но не готовы полностью открыться. Как будто нет смысла показывать свои души, если мы оба знаем, что придётся расстаться. Я не знаю, как Дил ощущает это, но сама пока не готова раскрыться. Хотя я догадываюсь, что он чувствует мою боль и видит, что меня мучают воспоминания прошлого.
Мне нужно стать сильнее. Я не могу полностью полагаться на Дила. Что бы ни случилось, он не будет со мной вечно, и я не имею права удерживать его. На время, на короткий промежуток, я могу укрыться в его объятиях, но потом придётся возвращаться в реальность и быть готовой противостоять трудностям и своим кошмарам.
Почему этот человек так умело укрывает мою боль? Зачем боги дали ему эту способность? Он не останется со мной, а я останусь одна и снова буду мучить себя. Нужно взять себя в руки. Мне почти тридцать, и я должна действовать разумно. Чем меньше я буду знать, тем легче будет забыть его потом. Я не спрошу лишнего, не раскрою свои страхи и тревоги. Попробую держать всё внутри, хотя мне сложно.
– Азу… Азура? – услышала мягкий голос Дила, и я оторвалась от своих мыслей.
– Да? – посмотрела на него, стараясь скрыть свои переживания и извиняющийся взгляд.
– Хочешь немного прогуляться со мной? Или хочешь остаться дома – спросил он тихо, внимательно. – Как твои родители и шурин?
– В пятницу, до того, как пойти в бар, я поговорила с сестрой. Она сказала, что у неё и её мужа всё хорошо: он немного похудел, аппетит слегка пропал, но в остальном держится отлично. Вчера утром, пока ты был в душе, я поговорила с мамой. Я очень волновалась за них, и за последние два дня почти ничего им не писала, – сделала глоток уже остывшего кофе и снова посмотрела на Дила. Боже, почему он смотрит на меня так нежно, словно готов свернуть ради меня горы прямо сейчас! Такого не бывает… Только в сказках или книгах! Судьба, почему ты так несправедлива ко мне? Я же обещала себе не рассказывать ему ничего личного, но, когда он смотрит на меня вот так, я теряюсь и даже не знаю, как поступить.
– Поговорила спокойно с мамой и папой тоже. Они в порядке. В свободное время присматривают за внуками, помогают сестре, когда нужно, ходят вместе с ней в больницу. Отец сказал, что мне не стоит волноваться о них, что лучше думать о работе и учениках. Ну что, могу ещё добавить… они держатся лучше, чем я. – из меня вышел смешок, я скривилась, но быстро привела лицо в порядок. Думала, что Дил не заметил моё выражение, но нет – он всё видел. Немного нахмурился, но ничего не спросил. Думаю, он понимал, что я не отвечу.
– Надеюсь, что у них действительно всё хорошо. Пусть у мужа твоей сестры будет всё лучше, чем ты можешь себе представить, – сказал Дил, не добавляя больше ни слова.
– Спасибо, – тихо ответила я.
– Не стоит – сказал он, раздвинув руки и указав сначала на себя, а потом на меня. Я поняла без слов: он хочет держать меня в крепком объятии. Откуда этот человек, словно он не с этой планеты?
Я встала со стула, обошла стол и подошла к Дилу. Он ждал, что я сама его обниму. Я посмотрела ему в глаза и обняла за шею, а он ответил, обхватив меня за талию. Запах его шампуня окутал меня, я была на ногах, а он всё ещё сидел на стуле. Мой нос коснулся его волос, Дил дышал прямо рядом с моей грудью, и по телу пробежали волны мурашек. Я прижала его ещё сильнее, и по реакции Дила он был этому рад.
Мы постояли так недолго. Дил быстрым движением усадил меня к себе на колени, и наши лица оказались на одном уровне – мы могли смотреть друг другу в глаза. Без слов поняли, что я ещё не готова к серьёзным разговорам. Он просто сидел, крепко обнимал меня и смотрел на моё лицо, и я делала то же самое.
Через несколько минут Дил чуть улыбнулся уголком губ и тихо сказал:
– Азура, я всё понимаю и чувствую твою боль. Но что бы ни случилось, помни: ты – главная в своей жизни. – он положил руку на моё сердце, оно билось так быстро, что я почувствовала это всем телом. – Тебе решать, что вспоминать, что делать дальше. Твоя судьба в твоих руках. Не мучай себя напрасно, освободи мысли.
Я почувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза, но промолчала:
– Нет… я не могу… – покачала головой. – Я пока не готова отпустить прошлое. Я ещё не исцелилась… и знаю, что сама во многом виновата.
Дил взглянул на меня с пониманием и осторожно приблизил моё лицо к своему. Он не требовал ничего, не осуждал, просто был рядом, и в его глазах читалась забота. Я посмотрела на него и поняла, что он желает меня сейчас, и я тоже этого хочу.