До машины мы дошли быстро. Сели внутрь – воздух был холодным, стекло запотело. Я включил печку, и пока салон наполнялся теплом, мы сидели молча. За окном вечер уже подбирался к ночи, в небе копились тучи, но дождь так и не пошёл. Мы словно вырвали для себя это тихое окно между непогодой. С ней время текло иначе – мягче, медленнее, будто мир переставал требовать от меня чего-то. Даже тоска по морю и работа, которая обычно сжимала сердце, отошли на второй план. Оставалась только она.
– Азура… – я выдохнул и крепче сжал руль. – Мне нужно сказать тебе одну вещь.
Она повернулась ко мне, ожидая. Но я упрямо смотрел на дорогу. Уже пятнадцать минут мы ехали, а я всё не находил в себе сил произнести слова.
– Говори, – тихо сказала она.
Я рискнул бросить короткий взгляд. Боже, почему она такая милая? В этот миг мне хотелось просто обнять её крепко и никогда не отпускать. Но это было бы слишком смело, слишком… несбыточно.
– На этой неделе мы не сможем увидеться, – наконец произнёс я. – У меня будут дела в другом городе. Это связано с работой. Я уезжаю на пять дней… В субботу вернусь. Мы сможем увидеться снова только тогда. И… если ты захочешь, мы будем говорить по телефону. – моё сердце билось так, будто хотело вырваться наружу.
Она посмотрела на меня серьёзно, пристально.
– Это не опасно? Ты будешь в безопасности?
Ни одного вопроса о том, где я буду, чем займусь, почему именно сейчас. Только одно: буду ли я жив-здоров?
Чёрт… я сжал зубы от этого чувства.
– Да, – выдавил я, стараясь улыбнуться. – Не волнуйся.
– Хорошо. Я буду тебя ждать – сказала она спокойно, но в её голосе было то, что сжало меня сильнее любых слов.
И в этот момент я понял: больше не могу сдерживаться. Все боги мира, к чёрту всё. Я свернул на ближайшую парковку, заглушил мотор, чуть отодвинул сиденье назад, расстегнул ремень и повернулся к ней.
– Что ты!.. – не дал договорить я, быстро отстегнул её ремень и, одним резким движением, притянул к себе. Придвинул своё сидение назад, и поставил её себе на колени и прижал к груди. Её запах – теплый и немного миндальный – ударил в голову. Я обнимал её так, словно хотел остановить время, словно в этом объятии содержалось всё, что у меня есть. Азура прижалась щекой к моему сердцу и, не произнеся ни слова, слушала, как оно бешено колотится.
Меня колотило изнутри: я не понимал, как смогу оставить её ради моря, как смогу вернуться в ту жизнь, в которой нет её. Она стала моим наркотиком – мысли о предстоящем уходе жгли, но сильнее жгло желание держать её рядом. Мы молчали. Десять минут – и мир вокруг будто перестал существовать.
Потом Азура отодвинулась немного назад и встретила мой взгляд. В её глазах читалась мягкость и лёгкая тревога.
– Что это было только что? – спросила она тихо, и в голосе было столько признательности, что мне стало неловко.
– Спасибо тебе, – ответил я, ещё не в силах отпустить. – Просто… я не смог сдержаться. Я хотел обнять тебя. Ты хороший человек, Азура.
Она улыбнулась и тихо сказала: «Спасибо». Я коснулся её лба губами, а потом быстро поцеловал в губы. Через мгновение помог ей удобно устроиться на своём месте, и сам вернул своё сиденье в исходное положение.
– Азура – начал я, ловя себя на том, как трясётся голос – Скажи честно: какие у нас сейчас отношения? Мне нужно знать, чего ты ждёшь от меня.
Она задумалась, будто ликуя внутри от моей прямоты, и ответила ровно, без излишней драмы:
– Давай так: будем соучастниками одного небольшого преступления. Я буду прятаться от мира, а ты станешь моим укрытием. Но не будем называть это отношениями – нет смысла вдаваться в громкие определения. Если мы полезем слишком глубоко, нам обоим будет больно. Я не хочу снова разбивать себе сердце. Наверное, ты тоже.
Я вслушивался в её слова и понимал: она видит правду лучше многих. Она не требовала невозможного: она просила лишь позволить себе чуть-чуть передышки. И я сам тайно надеялся на то же самое – на возможность быть рядом, не обещая вечности.
Когда подъехали к её дому, я не задерживался: ещё раз поцеловал её мягкие губы и прошептал, что напишу, как только доберусь до квартиры. Мы попрощались, и я уехал, а в дороге думал только о ней. Мысль о ней заняла всё пространство в голове – и это была самая мучительная и самая сладкая мысль на свете.
глава 22
Азура
“Звёзды теряют свою загадочность, как и вся жизни если не смотреть на неё, поэтому на смотри вниз Азура, смотри верх, только верх, и всё у тебя будет хорошо.”
Нолан.
Закрыв за собой дверь, я на мгновение прижалась к ней спиной, глубоко вдохнула родной семейный запах, и тело тут же откликнулось мягким теплом. Сердце уже скучало, а разум не находил ответа – почему Дил такой добрый, такой терпеливый со мной? Благодарность наполняла до краёв; я ощущала, что он доверяет мне так же глубоко, как и я ему. Лишь это осознание чуть ослабило напряжение, и я наконец оторвалась от двери.