Таня, переложив мой телефон на столик, отправилась со мной в комнату, где мы спокойно легли спать, не зная, какую катастрофу принесет нам завтрашний день.
Глава 16
Утром, не смотря на свою ленивость, я собралась довольно быстро, при этом, и накрасилась нормально, и оделась.
Танька, конечно, заставила себя подождать, так как после вчерашней истерики мордочка у неё находилась не в лучшем состоянии.
— Я готова, — выпорхнула подруга из комнаты.
— Неужели, — приподняла голову от стены и с тихим вздохом, поднялась.
Меня начало опять клонить в сон, когда Долматова резко скакала с лесенки на лесенку, при этом, весело разговаривая о чём-то.
Честно, понять её, я даже не пыталась. Просто шла и, как болванчик, кивала изредка головой, или мычала что-то неординарное.
Танька о чем-то увлеченно рассказывала, о том, что я даже не слушала, стараясь отвлечь нас обеих от вчерашних разговоров и дум.
Я ухмыльнулась и приложила голову к холодному стеклу. Приходилось бороться с самой с собой, чтобы не закрывать глаза. Знаю же, что если закрою, то усну. Часто зевая, заметила, что мы подъехали к академии.
— Алло, сонное царство, выходи! — потормошила меня подруга.
Честное слово, у меня появилось желание уехать домой и спать, спать, спать. Эх, а с утра такая бодрость была!
— Иду я, — я зевнула, прикрыв рот ладошкой.
На крыльце, перед главным входом, как обычно столпились люди. Некоторые просто стояли, болтали, некоторые курили. Аца-ца, на территории учебных учреждений курить запрещено! Хотя, всем уже глубоко всё равно, курят ли студенты на территории.
Зазевавшись, я не сразу заметила Артема, который стоял около колон и миловался с какой-то платиновой блондинкой.
Я спокойна. Я само спокойствие. Я должна быть само спокойствие!
— Я же говорила, — шепнула подруге и гордо вышагивая, направилась вперёд.
— Меня от этого тошнит, — громко, чтоб все услышали, прошептала Танька, — своим утехам могли и дома отдаться. Ну, или в гостинице. Большего они не достойны.
— А тебе просто завидно, — открыла рот та самая блонда.
— Танька, — пихнула я её локтём, — мне просто критически до сумасшествия везёт на блондинок, заметь! Жаль, конечно, что они оправдывают анекдоты.
— Мне завидно? — рассмеялась Долматова, — я наоборот счастлива, что не такая вульгарная как ты!
— Так, — остановила я перепалку, — я больше ни секунды не желаю находиться в этом сумасбродстве!
— Поддерживаю, — и мы гордо удалились.
— Диан, — начала Танька.
— Со мной всё в порядке, я сразу же знала, что это долго не продлится. А теперь пойдем, а то опоздать можем!
— Ну, пойдем, — пожала плечами подруга.
— Мартина! Мартина Диана! — раздался звучный голос завуча едва ли не на все учебное учреждение.
— Да, Людмила Николаевна, — обернулась я.
— Диана, ты срочно должна выручить нас на сегодняшнем выступлении! Дело в том, что девочка, которая должна была выступать со стихами Есенина, сорвала голос. Выручай!
— Ладно, во сколько? — да, вот такая добрая душенька.
— После второй пары, — обрадовалась завуч.
— Хорошо, — кивнула я, и развернулась по направлению к нужной аудитории.
— Ты хоть помнишь какой-нибудь стих? — посмотрела на меня Таня.
— Вспомню, — пожала плечами и зашагала.
После второй пары, как и озвучивалось, я пошла в актовый зал, где должно было начаться выступление. Честно, я даже не знала, что оно вообще состоится, хотя тут должны присутствовать все направления.
Девушка, которая выступала передо мной, закончила свое выступление и, наслушавшись свою порцию аплодисментов, освободила сцену для меня.
Глупое сердце, не бейся.
Все мы обмануты счастьем,
Нищий лишь просит участья…
Глупое сердце, не бейся.
Месяца жёлтые чары
Льют по каштанам в пролесь.
Лале склоняясь на шальвары,
Я под чадрою укроюсь.
Глупое сердце, не бейся.
Все мы порою, как дети,
Часто смеемся и плачем.
Выпали на свете
Радости и неудачи.
Глупое сердце, не бейся.
Многие видел я страны,
Счастья искал повсюду.
Только удел желанный
Больше искать не буду.
Глупое сердце, не бейся.
Жизнь не совсем обманула.
Новой нальемся силой.
Сердце, ты хоть бы заснуло
Здесь, на коленях у милой.
Жизнь не совсем обманула.
Может, и нас отметит
Рок, что течет лавиной,
И на любовь ответит
Песнею соловьиной
Глупое сердце, не бейся.