Дождавшись нужного автобуса, я «спокойно» доехала до дома через сорок минут. Сначала автобус не приходил вообще, потом он заглох посреди дороги и по правилам дорожной безопасности, пассажирам выходить было нельзя. Благо, автобус заработал и мы тронулись. Но о Боже, зачем на каждой остановке было так долго стоять, а? видно же, что людей нет, но почему ты стоишь!?
Так, надо успокоиться и выпить чайку зелёного. Ничто так не успокаивает, как зелёный чай из черепа твоего врага.
— Ты чего так долго? — поинтересовался недовольно брат.
— Пришла же, — вяло отозвалась я, присаживаясь за стол напротив него.
— Эй, чего случилось? — нахмурился Тим.
— Вот, дружишь, дружись с человеком, — судорожный вздох, — а он всё равно тебе не доверяет. Сколько мы вместе пережили? Сколько проделов, руганей, ловля на месте преступления! А…а это тебе пока знать не надо.
— Я так понимаю, вы с Танькой поссорились? — уточнил Тимофейка.
— Поссорились, — согласилась я.
— Она виновата?
— Виновата.
— И ты хочешь с ней помириться?
— Хочу.
— Помоешь за меня посуду?
— По…что? Мартин, ты обнаглел!?
— Ну, просто ж надо было тебя как-то расшевелись. Сидишь, как робот, повторяешь слова.
Я на слова брата махнула рукой, да принялась думу думать. Долго, конечно, не думала, решив, что разговаривать куда приятнее.
— Тимофейка, — брату не очень нравилось, когда я его так называю, — а давай поиграем?
— Во что? — устало зыркнул на меня брат.
— В вопросики! — предложила я.
Игра заключалась в том, что играющие задают друг другу вопросы, и если один из них не дает ответ, то должен выпить стопку алкоголя. Коротко игра называлась «пьяная или горькая правда».
— Опять пить? — о, какой мученический вздох, — я не хочу пить!
— Просто вопросики? — главное лицо сделать убедительней.
— Хорошо, хорошо, — замахал руками брат, — на «камень, ножницы, бумага»?
— Ага! — согласилась я, собирая пальчики в кулак.
Замахав кулачками, мы поговаривали детскую считалочку. Первые три раза у нас были одинаковые предметы, хоть каждый раз меняли. Пришлось добавлять более современную.
— Камень. Ножницы, бумага…
— Карандаш, огонь, вода…
— И бутылка с лимонадом…
— И железная рука!
Неужели «спор» разрешился, и мы смогли начать игру. Начинал брат.
— И так, — призадумался, — что появилось раньше: курица или яйцо?
— Динозавр, — парировала я, — Зачем нужен мужчина, который не хочет кататься с тобой на карусельке с лошадками?
— Что бы он платил, чтобы ты каталась на карусели с лошадками, — полувопросительно утвердил Тим. — Тонут два человека, один любит тебя, другого любишь ты, кого ты спасёшь?
— Пфффф, никогда еще бездействие не решало разом столько проблем, — махнула я рукой. — Как считаешь, черная полоса в жизни когда-нибудь закончится?
— Разумеется, жизнь же не вечна, — хохотнул братик. — Что ты поняла ещё в детстве?
— Что из меня ничего дельного не выйдет, когда все девочки хотели стать принцессами, а я киллером, — пожала плечами. — Стакан наполовину пуст или полон?
— Не стоит терзать себя такой дилеммой. Просто скажи бармену, чтоб долил! — логически объяснил Тим. — Почему ты такая худая?
— Хорошего человека должно быть много, — ответила я. — Что такое алкоголь?
— Это тест «насколько ты шальная императрица», — мы хихикнули. — Почему ты не можешь сделать мир чуточку лучше?
— Уголовный кодекс, — фыркнула я. — Который час?
— Без одной минуты лето, — повествовал Тим. — Что проще потерять: пульт или носки?
— Деньги, — честно ответила я. — Чем не испортишь кашу?
— Машей, — опять хихикнули, — луна или солнце?
— Звезда, — не могла я выбрать что-то из этих двоих. — Почему ты не любишь Таньку?
Тимофей замер, видимо, зря я задала этот вопрос. Брат тряхнул головой, зло усмехнулся. Э, меня что-то он пугать начинает. Сам напряжён, на лице оскал.
— А кто тебе сказал, что я её не люблю? — выжидающе посмотрел на меня.
— Я имею в виду, не как сестру, а именно как девушку, — уточнила я.
— Диан, я тебя понял, — прояснил Тимофей. — Я это же тебя и спрашиваю.
— Что? — я окончательно запуталась.
Тимофей откинулся на спинку стула, положив локоть на стол. Выглядел он уже не злобно, а задумчиво. Будто решает в голове какую-то сложную задачу и вот-вот придёт к ответу.
— Я люблю её, — сознался Тим.
*в моей голове застрекотали сверчки*. В смысле. Он. Её. Любит?