- В аэрогриле? - уточняю. - Получится вкусно.
От нервов или нет, но аппетит у меня проснулся.
Арс оборачивается. Взгляд еще жесткий, но сталкиваясь с моим, он заметно смягчается.
Парень подходит ближе, забирает у меня рыбу и включает размещенный на столешнице гриль. Его движения привычные.
Пока он занимается стейками - натирает их солью, сбрызгивает маслом, я принимаюсь за салат.
Нож мерно стучит по доске, нарезая помидоры и хрустящую зелень.
Напряжение в доме потихоньку гаснет. По крайней мере, больше оно не такое острое.
Мы стоим совсем рядом. Я чувствую аромат лимона и розмарина, который Арс добавил к рыбе.
Рыба греется на гриле, наполняя кухню аппетитным запахом.
Глядя на то, как уверенно Арсений управляется на кухне, я вдруг ловлю себя на мысли, что хочу кое о чем спросить.
Не о себе, не о похищении, а о нем самом.
- Ты часто готовишь? - спрашиваю я, не отрываясь от нарезки огурцов. - Ну, когда ты не вдали от наемного персонала и не в глухой тайге?
Арс усмехается. Коротко, одними уголками губ.
- Редко. Обычно на это нет времени. Но иногда, по выходным... это помогает разгрузить голову.
- А твоя мама? - я замираю с ножом в руке, глядя на его профиль. - Она готовила что-то особенное, когда вы с Алексом были маленькими?
Он на мгновение замирает. Взгляд уходит куда-то вглубь себя, и на лице появляется тень чего-то мягкого.
- Мама печет вкусный яблочный пирог, - негромко говорит он. - Весь дом пахнет корицей. В детстве мы с Алексом и Лёхой всегда воровали начинку, пока она не видела. Она ругалась, но всегда оставляла нам лишнюю чашку с яблоками.
Я улыбаюсь, представляя маленького, серьезного Арса с испачканным в сахаре лицом.
Потом хмурюсь.
- Лёхой? Неужели это тот самый близнец?
- Да, Алексей, - он понимает о чем я.
- Все-таки "А", - выдыхаю с легким смешком, - но знаешь, наверное, вам это идет. Эти имена.
Артур, Андрей, Арсений… Близнецы – Александр и Алексей. Реально трудно не запутаться!
Впрочем, мне и не надо.
Арс поворачивается, и на этот раз его взгляд задерживается на моем лице слишком долго.
Он делает шаг ко мне, сокращая расстояние до минимума. Воздух снова искрит - но уже совсем по-другому.
Его рука, горячая и чуть влажная, ложится на мою ладонь, которой я вцепилась в столешницу.
- И тебе очень идет твое имя, Агния, - вкрадчиво шепчет он, склоняясь к самому моему уху.
Мое дыхание сбивается. Сердце делает глухой кувырок. Я должна бы отстраниться, напомнить себе, что я здесь не по своей воле, но тепло его тела манит сильнее любого здравого смысла.
Его дыхание касается моей щеки, обжигая. Воздух между нами становится плотным, его трудно вдыхать. Арсений не отстраняется, наоборот он медленно переплетает наши пальцы.
А потом всё происходит мгновенно.
Он берет меня за подбородок свободной рукой. Заставляет поднять голову, и накрывает мои губы своими.
Это не властный, требующий поцелуй, которого я могла бы от него ожидать. Он короткий, почти невесомый. Но в нем столько сдержанной силы и странной нежности, что у меня на мгновение подкашиваются ноги.
Его губы отдают прохладой и чем-то неуловимо мужским, терпким.
Мир вокруг замирает. Шипение рыбы, завывание ветра за окном, шум крови в ушах - всё сливается в один сплошной гул.
22
Когда он отстраняется, я стою не в силах пошевелиться.
Нож так и остался лежать в салате. В голове звенящая пустота, которую сменяет резкая вспышка осознания.
- Зачем? - мой голос звучит хрипло, почти шепотом. - Зачем ты это сделал, Арс?
Я смотрю в его глаза. Сейчас они не холодные и не стальные. В их глубине, подсвеченной отблесками огня, я вижу смятение. Он делает глубокий вдох, и его кадык дергается.
Арс на секунду прикрывает глаза, словно признаваясь в чем-то.
- Я просто не смог удержаться.
Смотрю на него и не знаю, что сказать. Эта вспышка чувственности между нами пугает гораздо больше, чем его недавний гнев.
- Рыба... - наконец выдавливаю я, указывая на гриль. - Пора переворачивать.
Арсений медленно выпускает мою руку, но его взгляд еще прикован к моему лицу.
Он едва заметно кивает. Возвращается к стейкам. Но я вижу, как подрагивают его пальцы, когда он берет щипцы.
Между нами теперь висит не только тайна моего похищения.
Заканчиваем с ужином в молчании. Я раскладываю салат по тарелкам, а Арсений перекладывает нежно-розовые куски лосося на большое блюдо.