Макар благодарно взглянул на меня, и я утонула в его голубых глазах. В тех самых, в которые была влюблена четыре года.
— Я с ней расстался, — вздохнул парень, — Она невменяемая…
— Что? — эта новость меня шокировала. Наверное, даже больше, чем тот дурацкий пост!
— Да, она стала совсем неадекватная в последнее время… Ко всем ревнует, устраивает истерики. Я делал предложение милой и нежной девчонке, но как только она надела кольцо на палец, сразу превратилась в ведьму.
Макар замученно просмеялся, но почти сразу его лицо вновь стало серьезным.
— Прости, за все, что ты испытала от нее, — его глаза бегали вокруг, но не останавливались на мне. Он чувствовал вину, как я перед разговором с Денисом, — Я обещал, что сохраню твой секрет, но все вышло из-под контроля.
Он кинул на меня последний вымученный взгляд.
— Если тебе нужна будет помощь — обращайся. Я теперь твой должник.
Глава 28
***
После того дня в университете разразилась буря.
На каждом перерыве, в любую свободную минуту все, от студентов до преподавателей, обсуждали случившееся.
На меня начали косо смотреть, девчонки шептались за спиной. Кто-то не брезговал подойти и сказать все в лицо, и, несмотря на обиду, полыхающую во мне красным пламенем, таких людей я уважала чуточку больше…
— О, смотри. Это же та девка, которая спит с преподами…
Тыкнули в меня пальцем, когда я проходила по коридору, и несколько пар глаз тут же устремились в мою сторону.
Ответ не заставил себя ждать. Не сдержавшись, я показала им средний палец и прошла мимо, глотая злость и негодование…
Вначале я пыталась спорить, доказывать что-то, защищать честь и доброе имя себя и Дениса. Ругалась с сокурсниками и, сама того не замечая, переходила на ответные оскорбления. Но это оказалось абсолютно бесполезным…
Те, кто меня уважал и ценил раньше, вдруг стали моими врагами номер один. Они все отвернулись от меня в трудную минуту, даже не думая поддержать. Наоборот, когда-то очень крепкий и сплоченный коллектив студ совета потребовал у председателя моей отставки.
Им было противно находиться со мной в одной компании…
Приняла этот уход я все же с ноткой позитива. Теперь у меня было больше времени подготовиться ко всем экзаменам и зачетам.
Для меня наступило тяжелое время.
Но самое главное, что у меня осталось и за что я держалась как за спасательный круг в эти дни — это мои друзья. Они не отвернулись от меня и стали моей опорой, стеной, которая не пропускала хейт и негатив в мою сторону.
Тася на каждом семинаре сидела рядом и что-то весело рассказывала — отвлекала от навязчивых мыслей. На лекции за дело брались Оля с Пашей. И только они были той неведомой субстанцией, которая придавала мне силы.
До конца учебного года оставалось две недели. Нужно было просто перетерпеть, что я и делала.
Несмотря на тяжелую ситуацию со мной, был человек, который пострадал еще больше. Денис…
С ним все было гораздо сложнее. Ото всюду на него посыпались обвинения в домогательстве, совращении студенток и превышении должностных полномочий. И к злым языкам студентов прибавились еще и нехорошие взгляды его коллег.
Откуда были все эти истории про пристающего профессора, я не знала. Знала только одно — это была хорошо спланированная травля. А задействовано во всем этом оказалось немало человек.
— Ты как? Держишься, — однажды вечером спросила я Дениса по телефону.
Видеться в университете было просто невозможно! Ведь как только мы оказывались рядом и без того немалое внимание превращалось в бурный ажиотаж.
Мы предпочли встречаться на нейтральной территории, желательно подальше от ВУЗа. Ну или как сейчас — просто разговаривали по видеосвязи.
— Да. Правда, что-то мне подсказывает, что скоро меня вызовут на комиссию по этике. А там и до судебных исков недалеко…
Выглядел он, мягко говоря, не очень. Под глазами появились синяки, на лбу залегла глубокая морщина. Денис явно не отдыхал — постоянно разбирался со звонками и ежедневными комиссиями администрации. И ладно администрация — ему даже чьи-то родители начали названивать и обвинять во всех смертных грехах…
— Все настолько серьезно? — не поверила я своим ушам.
— Да. Это статья, Ангелина, — Денис вздохнул и на секунду прикрыл ладонью лицо.
— Какой-то кошмар происходит. Может тебе уволиться?
Мужчина вымученно улыбнулся.
— Не поможет. Обвинения уже предъявлены. Главный вопрос — когда они дойдут до прокуратуры? Надеюсь у меня еще есть время…
Внутри меня снова вспыхнул огонь.
— Но это же не правда! Они все лгут! И я уверена — ни у кого нет доказательств, — горячо сказала я.
В голове не укладывалось, как люди могут быть настолько жестокими. Как девушка может быть такой? Ведь это произошло с подачи Каменских! Не удивлюсь, если и заговор придумала тоже она.
— Правда, не правда… Мою невиновность нужно доказать, — устало произнес Бойков, — А в эру феминизма это сделать не так просто…
Где-то внутри я почувствовала дикое отчаяние от того, что не знала, как ему помочь. Ведь во всей этой ситуации были замешаны мы оба.
— Ты завтра свободна? — перебил мои мысли Денис, — Хочу тебя познакомить кое с кем…
В его взгляде не было ни предвкушения, ни озорства. Лишь тихое недовольство от всей этой ситуации.
Поэтому я решила, что знакомство это из разряда — помощь утопающим.
— Да, я абсолютно свободна.
На этом мы распрощались, а я морально начала готовиться к самому худшему…
Глава 29
***
На следующий день я проснулась в еще более отвратном настроении.
Какие-то идиоты нашли меня в инстаграмме и начали писать всякие гадости. Нашли с разных аккаунтов, так что директ был завален сотнями сообщений о том, какая я шлюшка, распутная девка и цитата — «Неудивительно! Одежка-то люксовая». Пришлось их заблокировать и закрыть страничку.
Им было невдомек, что одевалась я сама — на свою стипендию, летом подрабатывала на оружейном производстве, а еще у меня был самый строгий, но при этом самый любящий папа, военный, к слову. На меня он денег никогда не жалел, а подарки на праздники были очень дорогими и от хороших брендов — смартфоны, часы, сумки. Я никогда не жаловалась на отсутствие денег, но и не зазнавалась.
В продолжение к этому, я с утра пораньше рассорилась с братцем. Этот квазимодо недоделанный проснулся ни свет, ни заря и вначале занял ванную, а затем съел мой любимый зефир. Я купила его вчера, специально, чтобы утром хоть немного поднять себе настроение, ведь эту сладость я любила с самого детства. Но этот троглодит сожрал всю упаковку и даже не поморщился. Наоборот посетовал на свою тяжелую жизнь:
— Эх, нынче в магазинах продают очень маленькие упаковки. На всем экономят, а цены гнут… — возмутился он.
— Чтобы тебя — заразу прокормить, нужна тонна зефира! — прошипела я, хлюпая пустым чаем без сахара и сладостей, — Тебе проще съехать от нас на кондитерский завод.
Мы переругиваясь дозавтракали, а после, уже собираясь к Денису, я решила, что буду прятать свои запасы в комнате. Подальше от этого домашнего обжоры.
Бойков уже ждал меня у подъезда, когда я вышла из дома. Он стоял около машины, той самой, в которой произошло наше первое знакомство. Ночью было сложно разглядеть, но сейчас при свете дня я увидела, что Денис катается не на какой-нибудь там колымаге, а на мерседесе с-класса.
— И откуда у обычного профессора такие деньги? — спросила я, поприветствовав мужчину.
Сегодня он, к слову, выглядел гораздо лучше. Наверное, выспался.
— А с чего ты взяла, что я — обычный профессор? — Денис приобнял меня за талию и быстро чмокнул в лоб.
Мы сели в машину и помчались в неизвестном для меня направлении.
— С кем ты хочешь меня познакомить? — поинтересовалась я.
Бойков загадочно ухмыльнулся, обнажив свои прелестные ямочки на щеках. Раньше я их не замечала, а сейчас вглядывалась в мужчину и влюблялась еще сильнее. Эти мелочи делали его неотразимым, и, когда я находила в нем что-то новое, убеждалась, что он стал для меня родным.