Когда же приедет брат, я иногда спрашивала у отца. Он отвечал, что Доукс пока не может, но как только у него появится возможность, сразу же приедет.
Так прошло лето, мне исполнилось пятнадцать, и в конце осени, в один из тоскливо-дождливых дней появился Доукс.
Прода от 12.09
О его приезде мне сообщила Бланка. Она ворвалась ко мне, запыхавшаяся, с покрасневшим лицом и с трудом переводя дыхание, произнесла:
— Там… там… старший брат приехал.
Я подскочила со стула, на котором сидела за бюро и пыталась сочинить стих ко дню рождения матери.
— Доукс? Где он?
Я кинулась к двери, но меня остановила сестра, схватив за руку.
— Подожди, ты куда?
— К Доуксу, конечно же, – ответила я, стряхивая руку сестры.
— Но он же с дороги – грязный, промокший, уставший. Ему надо умыться, привести себя в порядок, отдохнуть.
— Ах, да, разумеется, ему надо вымыться, а баню же завтра должны топить, – спохватилась я. – Ну так я пойду и распоряжусь, чтобы сейчас баню затопили. И обед ведь уже прошел, надо дать указание, чтобы Доукса накормили.
Бланка встала на моем пути.
— Успокойся, Андреа, там матушка уже хлопочет вокруг брата. А мне она велела не приводить Верину и Дарлу на ужин, покормить их в комнате.
— А ты?
— А что я? Мне и тебе следует быть на ужине, который, похоже будет праздничным. Так что… может нарядимся в честь приезда брата? Я надену платье, то, что ты мне подарила. Ну, то, что тебе когда-то привез брат.
— Как хочешь.
— А ты надень платье, которое тебе сшили недавно. Оно такое красивое!
Да, матушка расщедрилась и мне сшили два платья. Одно из них считалось нарядным. Но вот только… покажется ли оно таким Доуксу, приехавшему из столицы?
— Ой! А ведь Доукс, как всегда, привез подарки. Ты же поделишься с нами? – неуверенно спросила Бланка. – Или теперь… когда ты отделилась от нас…
— Конечно же, поделюсь, – заверила я сестру.
— Спасибо, а я побежала. Зайду к тебе перед ужином.
Бланка чмокнув меня в щеку, унеслась.
Время до ужина растянулось, стих я так и не смогла сочинить, читать тоже не хотелось. Я слонялась из комнаты в комнату, пытаясь представить, зачем приехал Доукс. Нет, я, разумеется, понимала, что он, скорее всего, приехал из-за меня. Вот только – что изменится для меня с его приездом? Он возьмет меня с собой? Или оставит здесь?
Вечером я переоделась в сшитое накануне платье, пыталась рассмотреть себя в маленьком зеркале, стоящем на туалетном столике в спальне. В это время и пришла Бланка.
— Какая ты красивая, – выдохнула она восхищенно.
— Ты тоже такая хорошенькая, – вернула я комплимент сестре.
А сама опять подумала – понравлюсь ли я Доуксу в этом, подозреваю, не достаточно нарядном платье.
Когда мы с Бланкой вошли в столовую, все уже сидели за столом. Но Доукс встал и подошел ко мне. Взяв за руку, он покрутил меня, рассматривая со всех сторон.
— Ты стала очень хорошенькой, сестренка, – произнес он, улыбаясь.
Доукс подвел меня к столу, помог сесть. На Бланку он ожидаемо не обращал внимания. Она сама взгромоздилась на стул рядом со мной. Я виновато посмотрела на сестру, у той дрожали губы от обиды. Вот зачем так брат делает? Бланка ведь перед ним ни в чем не виновата.
Бросив взгляд на отца, я по выражению его лица поняла, что ему тоже не нравится поведение Доукса по отношению к Бланке. Но отец ничего не сказал.
Ужин на самом деле оказался праздничным, на стол были выставлены яства, которые мы видели очень редко.
За столом мать расспрашивала Доукса о его жизни в столице, о короле, его сыновьях. Выяснилось, что брат совсем недавно стал обер-камергером старшего принца – наследника короны. Матушку это очень порадовало, а отец высказался пренебрежительно:
— Дверь перед принцем открываешь и сорочку ему подаешь? Чем в королевской гвардии тебе не служилось?