— Я всё поняла, – заверила я брата. – Не переживай, я буду прилежной ученицей. И не подпущу графиню Атмель близко к себе.
— Я очень надеюсь, что так и будет. Не разочаровывай меня, Андреа.
Доукс потянулся ко мне и поцеловал в щеку, затем открыл дверь и вышел.
Когда я спустилась утром к завтраку, его уже не было – он уехал.
А через несколько дней появилась и графиня Атмель. Но перед этим произошло еще кое-что.
Вечером, уже после ужина, ко мне ворвалась Бланка и с выпученными глазами, задыхаясь, пыталась мне что-то сообщить:
— Там… там… они…
Я взяла сестру под локоть, подвела к дивану и усадила, налила из кувшина воду в бокал и протянула Бланке.
— Выпей, успокойся и расскажи, что тебя так взбудоражило?
Сестра торопливо глотнула воды, захлебнулась, закашлялась. Я отобрала бокал из ее рук, поставила на стол, быстро сходила в уборную, захватила там мягкий кусок полотна, служивший мне для вытирания и, вернувшись в гостиную, протянула Бланке:
— Вытрись, и расскажи что случилось.
Бланка промокнула лицо и, отдышавшись, произнесла:
— Айвины появились у нас опять.
Я, ахнув, бухнулась рядом с сестрой.
— Когда? Зачем? Ты видела их сама? – в страхе вопрошала я сестру.
— Двое, они сейчас в кабинете отца, – ответила справившаяся с дыханием Бланка.
— Двое? Те же самые, что в прошлый раз были?
— Я не знаю те или не те, прежних я не видела. А эти такие красивые!
— Да что же им нужно опять?!
— Я не знаю, – пожала плечами уже немного успокоившаяся Бланка. – А как ты думаешь, зачем они здесь?
— И я не знаю.
Мысли на этот счет у меня были, но озвучивать их я не стала.
— Ой! Андреа, а если они пришли за нами? Что если мы приглянулись айвинам и они хотят нас забрать?
У Бланки задрожали губы, а в глазах заблестели слезы
— Не выдумывай! Не нужны мы айвинам, малы еще, чтобы заинтересовать их, – решительно заверила я Бланку, хотя самой тоже хотелось разреветься от страха, но позволить себе это сейчас перед сестрой я не могла.
— Правда? – с надеждой в голосе спросила сестра, утирая слезы.
— Конечно, так и есть. Да и отец никогда не отдаст нас айвинам.
Ах, если бы я сама была так уверена в том, о чем говорила!
Бланка придвинулась ко мне, прижалась, обняла.
— Не бойся, никто нас не заберет, – уверяла сестру, гладя ее по спине.
Раздавшийся стук в дверь заставил нас вздрогнуть.
— Кто это? – почему-то шепотом произнесла Бланка.
— Не знаю, сейчас посмотрим.
Я попыталась встать, но сестра вцепилась в меня, не отпускала.
— Не надо, не открывай, это за нами пришли, – горячечно шептала она.
— Прекрати, Бланка, – потребовала я, выпутываясь из объятий сестры и вставая с дивана.
Уже у дверей я оглянулась на сестру, она смотрела на меня с ужасом и тихо всхлипывала.
— Госпожа, его сиятельство желают видеть вас в своем кабинете, – услышала я от служанки, оказавшейся за дверью.
— Ой-ё-ё-ёй, – тоненько за моей спиной проверещала сестра.
— Хорошо, иди, – ответила я онемевшими вмиг губами.
Закрыв дверь, я прислонилась к ней, ноги меня не держали. Но взглянув на сестру, я отлипла от двери и с трудом улыбнувшись (подозреваю, что это была не улыбка, а отдаленно на нее похожая гримаса) попыталась успокоить уже откровенно рыдающую Бланку:
— Это ничего не значит. Мало ли почему меня приглашает отец. Но во всяком случае тебя это не коснулось. Так что прекрати рыдать.
— Ты пойдешь? – сквозь рыдания проблеяла сестра.
— Думаю, деваться мне некуда, идти надо. А ты, если хочешь, дожидайся меня здесь.
Отряхнув платье, поправив вслепую волосы, я отправилась к отцу. У меня дрожали руки, я с трудом сдерживала слезы отчаянья, в животе образовался ледяной ком, но я всё же дошла до кабинета. Постучавшись и услышав отклик отца, вошла. И облегченно выдохнула – айвинов там не было. Или рано я еще обрадовалась? Отец хмурил брови, выглядел уставшим и враз каким-то постаревшим.