Сергей Филиппович даже сразу не узнал Ива. К лету тот поседел окончательно, подстриг волосы коротко. Глаза тоже сменили цвет, обзаведясь яркой желтой каймой по краю голубой радужки. Наверное люди могли считать, что он носит линзы, так необычно выглядели его глаза. Фигура тоже стала более раскачанной, спортивной, с рельефными руками, мощными ногами и широкой спиной. Ничего общего с худым и стройным Ваней.
- Совсем другой человек, - одобрил Сергей Филиппович.
Ваня крутился рядом. А может это был и Огниан. Волк выглядел ухоженным, довольным жизнью. Но Луке всё равно было неуютно смотреть на него и знать, что там внутри два человеческих сознания. Савва подошел поздороваться, даже вытерпел робкие поглаживания от Луки. Он красиво смотрелся на контрасте с белым волком.
Вечером, когда гости успели отдохнуть с дороги и пили чай, сидя на крыльце, Сергей Филиппович осторожно начал разговор:
- Я тут работу Иву присмотрел, - сказал он.
- Какую работу? - удивился Лука
- Тренером собачьим, мой сокурсник собирается открыть ветеринарный центр. Там будет полный набор: и клиника, и гостиница для животных, и кинологическая служба. Не в самом Барнауле, а на выезде из него, как раз с нашей стороны, минут пятьдесят на машине будет. По документам Ив подойдет, резюме у него хорошее. Думаю, и проблем с тем, чтобы наладить контакт с животными, у него не будет.
- Но как же я? - растерялся Лука. - Если он здесь останется?
- Так и ты оставайся, - Сергей Филиппович улыбнулся, - что тебе твой снулый серый Питер? Мёдом там не намазано. Профессия твоя тебе поперек горла стоит. Лет тебе пока ещё немного, так выбери другую и учись. Парень ты, судя по всему, с головой, сможешь на заочку пойти. Только реши, кем хочешь быть.
- А армия? - растерялся Лука. - Сборы там…
- Отмажем, - отмахнулся Сергей Филиппович, - я же говорил, денег у меня на три жизни хватит. Жить будете у меня, места много.
- Что думаешь? - спросил обескураженный Лука у Ива.
- Остаёмся, - спокойно ответил тот.
- Как всегда, никаких сомнений, - Лука закатил глаза, - а я подумать должен. То есть, я благодарен за предложение, но я так сразу не могу.
Ночью Ив нежно вылизывал его пах, и Лука кусал губы, чтобы не орать и не позориться перед хозяином, хотя тот был на первом этаже, а они на втором. Просто Лука считал себя очень шумным.
- Ах! - кончил он все-таки с криком.
Ив проглотил всё до последней капли, а потом ещё и вылизал его начисто.
- Думаешь он меня слышал? - пробормотал Лука, когда пришел в себя.
- Он - нет, Савва слышал и Белый, - Ив называл волка единым именем, Сергей Филиппович предпочитал говорить “сынок” или “сынки”, а Лука всё никак не мог придумать как быть.
- Ну круто, волки аудиальные вуаеристы, - пробормотал Лука, - вот и аргумент в пользу того, чтобы тут не оставаться.
- Тут толстые стены, - возразил Ив, - человек нас не услышит.
- Всё равно, - Лука покачал головой, - не представляю, как тут жить. Тишина уши режет. Без метро, без шума, без трамваев. В сельпо, должно быть, только хлеб и водка. За нормальными продуктами в город на машине. А зимой небось метр снега. Интернет ловит только на втором. Телевизора нет.
- Ты не смотришь телевизор, - напомнил ему Ив.
- Не важно! - возмутился Лука. - Мне без него неуютно.
- Купим, - пожал плечами тот.
- Не надо меня задабривать, - отмахнулся Лука, - давай я тебе лучше отсосу по-быстрому и спать.
Против минета Ив никогда не возражал, хотя Лука и знал, что так классно как у Ива у него не получается.
Несколько дней прошло в блаженном ничегонеделании. После безумной гонки с дипломом и госами Лука, наконец, получил возможность выдохнуть и отоспаться, расслаблено шляться по дому, купаться в речке и загорать.
У Сергея Филипповича был свой огород, довольно немаленький, Ив добровольно вызвался помогать с поливом. Он с интересом изучал местность. Выходил по утрам на пробежки, чего никогда не делал в городе. Лука видел, как ему тут нравится. Всё-таки Ив был диким и вольным, а в городе он жил как в клетке, пусть и благоустроенной.
По всему выходило, что надо было принимать предложение Сергея Филипповича и оставаться, но в душе у Луки всё восставало против этого. Он не мог себе представить, что живет в этой расслабленной неге день за днем, годами. Ему хотелось иметь какое-то дело, цель в жизни.
Всё решил случай. Сергей Филиппович повез их в ветеринарный центр, чтобы представить Ива своему товарищу.
- Вас это ни к чему не обяжет, - заверил он, - просто посмотрите, что там за место. Может вам не понравится.
Место Луке понравилось. Целый комплекс зданий. Клиника отдельно, гостиницы для кошек и собак отдельно. Все постройки были новыми, кругом чистота, все вежливые.
- Вот знакомься, Шура, - сказал Сергей Филиппович, - это мой сын - Ваня, я тебе про него говорил, а это мой двоюродный племянник - Лука. А это - мой близкий друг, Александр Константинович.
- Приятно познакомиться, - пробормотал Лука.
- Здравствуйте, - сказал Ив, глядя мужчине прямо в глаза. Лука уже не раз за ним это замечал: Ив таким образом обозначал своё главенство, пока ещё никто не выдержал его тяжелый взгляд.
Александр Константинович не стал исключением и отвел глаза через несколько секунд.
- Ну пойдем, покажу вам, что у нас тут где, потом посмотрю на тебя в деле, Ваня.
- Ив.
- Что, - не понял Александр Константинович.
- Зовите меня Ив.
- Вот молодежь, - Александр Константинович развел руками, глядя на Сергея Филипповича, - всё им не по нраву, всё на свой манер хотят переделать. Мне моя тоже всё время твердит, не зови меня Машкой, как корову. Я - Мари. Мари, ёшкин кот!
- Что уж тут поделать, - Сергей Филиппович развел руками, - им жить. Пускай называются как хотят.
- Ладно. Ив. Пошли.
Экскурсия прервалась почти сразу. Проходя мимо небольшой площадки, они увидели женщину с агрессивным боксером и мужчину в униформе, видимо инструктора. Боксер рвался с поводка, рычал, капал на землю слюной.
- Что-то не похоже, что у них ситуация под контролем, - сказал в пустоту Лука.
- Костя! - крикнул Александр Константинович, - что ты творишь, мать твою? Ты его до кондратия довести хочешь? Зови ветов, пускай успокоительное колят! Ёшкин кот. Ты куда, твою мать?
Ив спокойно подошел к исходящемуся лаем боксеру и ловко взял его за холку, после чего присел на корточки и принялся смотреть ему в глаза. Лука и раньше такое видел, так что не удивился, когда собака вначале перестала гавкать, потом успокоилась и перешла на скулеж. Боксер лег на спину и подставил Иву брюхо, по которому тот его немного погладил.
- Охуеть, мать твою, - пробормотал Александр Константинович.
- Он и не такое может, - похвастался Лука, - один раз стаю бродячих собак разогнал одними взглядами. Они больше там не появлялись.
- Как в блядской сказке, мать твою.
- Просто у него талант, - Лука решил, что ещё немного хвастовства Иву не повредит.
Они подошли ближе. Женщина, державшая боксера на поводке, и инструктор Костя выглядели по-настоящему шокированными.
- Он минут двадцать не унимался, - пробормотал инструктор, - чудеса.
- Чудес не бывает, - влез Лука, - это талант!
- У него судороги скручивают внутренности, - сказал Ив, поднимаясь, - от боли он плохо соображает.
- Но я возила его в три клиники, все говорят, что он абсолютно здоров! У вас тоже так сказали! - возразила женщина.
- Значит плохие врачи, - пожал плечами Ив.
- Хм, - сказал Александр Константинович, - ёшкин кот.