Лизка рассказала, как с ней познакомилась… До сих пор чувствую, как по коже мурашки толпами бегут — Макс, ты моральный урод, ты свою женщину голыми руками почти в землю вогнал живую, тебе нет прощения. Рычу я сам на себя. Как представлю, как она там на могиле лежит и плачет… так готов обратно в прошлое, в армию, чтобы встать в полный рост и под пули чтобы меня маджахеды всего пулями изрешетили, лишь бы боль ее забрать на себя… Это мой грех, мой крест, мне его до самой смерти нести, а после и на том свете искупать…
Я должен исправить жизнь Лизы… Страшная мысль приходит в голову: жизнь Лизки станет лучше, если я исчезну… Нет! Не могу, я же умру без нее. Задохнусь без своего кислорода… Но она будет жить, дышать, ходить! Значит я должен это сделать! Ради нее исчезнуть!
Выруливаю на пустырь, на котором назначена встреча. В больнице мне пришло сообщение: «Тебя заказали. Встретимся в полдень на пустыре». Я мог бы пропустить это сообщение мимо, но номер, с которого оно мне пришло прекрасно знал.
Владимир Поляев, он же Пуля, был известен многим людям определенного круга, потому что являлся киллером высшего класса. У Вовки был свой кодекс чести, свои правила и законы. Он брался не за все заказы, а только за те, где действительно были виновные. Это многим не нравилось, но с ним считались, иначе… Я пересекался с ним пару раз, но не для того, чтобы нанять его, а просто бывали в одной компании. Если бы он хотел меня убить, сделал бы без предупреждения. Значит что-то не так.
Вовка меня уже ждал. Высокий, молодой, с хорошей спортивной фигурой, он стоял, облокотившись на машину и щелкал орехи. Да, с виду и не скажешь, что это хладнокровный убийца.
- Здорова, будешь? - он протягивает мне орехи.
- Здорова, давай.
Некоторое время мы молчим. Но потом он нарушает тишину.
- Я заказ приму, но убивать тебя не стану, - говорит он.
- С чего такая щедрость? - любопытно же.
- Потому что ты дурак, - отвечает он мне спокойно.
- Я дурак? С чего ты взял? - он меня провоцирует?
- Я тут покопался в грязном белье вашей семьи… Ты что вообще не понимаешь, что твою жизнь разрушил твой же отец?
- Не понимал, - мрачно отвечаю я. - Только теперь дошло.
- Уже хорошо, - с ухмылкой говорит он. - Рад за тебя.
- Это единственная причина? - грублю я.
- Почти. Ты же знаешь — у меня принципы: я не буду убивать детей, заказанных их же родителями, поэтому живы.
- Спасибо.
Вот, б***ь, счастье-то какое! Мне жизнь даровали.
- А сейчас серьезно, Макс, - поворачивается ко мне Поляев и говорит, - времени у тебя мало, так что хватай семью, девушку эту свою и уезжай срочно. Я, конечно, время потяну, но твой отец скоро все поймет. Мне он ничего не сделает, а вот киллера другого точно наймет. И у того не будет принципов, он вас всех поубивает,даже сына твоего. У тебя очень страшный отец.
- Знаю, - от этого слова на зубах скрипит.
- Если помощь с ксивами нужна или еще чем — говори, помогу.
- Не надо, - отмахиваюсь.
- Ну как знаешь.
- Ага, - стою и тупо перевариваю информацию, на душе погано.
Вовка садится в машину и уезжает, а я со всей силы бью по колесу машины ногой. Вот же гадость! Собственный отец меня заказал! Это же бред! Но это не бред, это, сука, суровая реальность. В кармане гудит телефон. Беру трубку.
- Старый, врач у нас, везет ему по нужному адресу, - отчитывается мой начальник службы безопасности.
Хоть одна хорошая новость! Ну что ж, поговорим с «доктором». Еду на заброшенный завод, где меня уже ждут. Доктора никто не трогает. Я сам лично вытрясу с него правду. Мои ребята привязали его к стулу, на голову одели черный мешок. Не смотря на его лицо я понимаю — боится, его всего трясет. Срываю с него черную ткань. Он жмурит глаза, пытаясь привыкнуть к свету. Смотрю на него внимательно. Да его ломает не от страха! Он наркоман! Я таких уже сотни раз видел!
- Закатать ему рукав! - ребята быстро выполняют мой приказ.
Так и есть. Вся мужская рука исколота, на вене живого места нет. Пиз***ц, и это чмо людей лечит? Внутри все закипает волнами. Подхожу к нему вплотную и говорю, глядя в глаза:
- Знаешь меня?
- Нет, - с дрожью в голосе говорит он.
А у меня в голове словно кто-то дергает затвор. Рука сама мгновенно с силой выбрасывается вперед. И, вот уже, это горемыка летит вместе со стулом на бетонный пол. Мои парни поднимают его без приказа — все знают. У этого нарика разбит нос, кровь течет по подбородку, но мне плевать.
- Спрашиваю еще раз: знаешь меня?
- Я знаю вашу жену, она приходила ко мне за консультацией, - проговаривает он скороговоркой.
- Прекрасно, - очень интересная информация, но она сейчас не важна.
- Отпустите меня, я ничего не сделал, - скулит он.
- Отпущу, когда скажешь правду. Это ты принимал роды десять лет назад у Нечаевой Лизы?
- Нет! - кричит он и тут же начинает скулить, потому что очередной удар отправляет его снова на пол.
Но в это раз его не поднимают. Он валяется на полу. Я подхожу к нему. Присаживаюсь на корточки и тихо говорю:
- Ничего, мы поможем тебе все вспомнить. Ребятки, несите его в душ.
В этом заброшенном здании когда-то был завод. Многое было сломано, но душевые были еще в нормальном состоянии, там, даже, была вода. Доктора притаскивают в душевую. Парни наполняют одну из ванн водой.
- Не вспомнил еще? - спрашиваю я у мужчины.
Тот отрицательно качает головой, но его лицо уже побелело от страха. Прекрасно. Беру у одного из парней нож и иду к нему. Он весь сжимается. Его лихорадочный взгляд не отрывается от лезвия. Подхожу совсем близко, чуть наклоняюсь. Слышится журчание воды. Это уе***к обмочился от страха! Разрезаю веревки, которыми он был привязан к стулу, но руки не освобождаю. Веревка на них пусть остается. Хватаю его за шиворот и тащу к ванне с водой. Он пытается брыкаться. Но один удар по яйцам заставляет его потерять всю прыть. Подтаскиваю к воде, хватаю за шкирку и окунаю голову в ледяную воду. Держу некоторое время, пока он не начинает активно дергаться. Потом позволяю ему вдохнуть кислорода.
- Вспомнил? - ору я.
- Да, я вспомнил… ее на скорой привезли… преждевременные роды были, девка гулящая бы…
Я не даю ему договорить, снова отправляю его голову в воду. Не была! Она верная и чистая, в отличии от тебя, мразь!
- Что стало с ее ребенком? - спрашиваю я, позволяя моей жертве опять вздохнуть.
- Умер, пуповина задушила.
Я не знаю врет ли он сейчас, но на всякий случай снова опускаю его голову в воду. Держу, позволяю сделать глоток воздуха и опять в воду,так раза три… При очередном «выныривании» он орет:
- Пожалуйста, не надо больше, я все скажу!
- Говори!
Отпускаю его. Мужчина садится на пол, прижимаясь спиной к ванне. Поджимает под себя ноги. И начинает говорить такое, от чего трясти уже начинает меня.
- Когда девушку привези в больницу, он приехал сразу следом за ней. Пришел ко мне в кабинет. Положил на мой стол десять тысяч долларов, огромные деньги тогда! Он сказал, что девка и ребенок должны умереть. Я испугался! Я доктор, клятву давал, но и против него пойти не мог… Сказал, как получится… Девушка долго мучилась — ребенок неправильно лежал, но потом мы сделали кесарево сечение. И она, и ребенок остались живы. Думал мне крышка, но он не разозлился, и даже еще денег дал, а потом просто ребенка забрал и сразу уехал. Мы в метрике написали, что умер, а тело родственники забрали якобы… пришлось кое-кому денег дать.. он помог мне исчезнуть и сменить документы…
- Ребенка забрал? - я еле произнес этот вопрос.
- Да, мальчишка здоровым и крепким родился, мы ему даже прививку не успели сделать, как младенца увезли, - объясняет доктор.
- Кто? - хотя я и так знаю ответ.
- Ваш отец, - он смотрит на меня как на дурака.