— Ты какой-то слишком… добрый, — озвучиваю свои мысли.
— Я ангел в дьявольском обличии, ты просто меня не знаешь, — проговаривает и встаёт с дивана, услышав дверной звонок.
Глава 16 Обещал – значит сделаю
Не обязательно закрываться от меня толстым слоем одежды, тем более что это нихрена не помогает, я всё равно буду тебя хотеть,
Грозный
Утро начинается неожиданно, когда через открытую дверь моей спальни проникает запах чего-то вкусного. Я не сразу догнал, казалось, что всё ещё сплю и мне снится мать, которая будила меня по утрам своим ласковым голосом. Но, открыв глаза, понял, что вместо покосившегося окна и вида на дряхлый забор передо мной раскинулся утренний Питер, а ароматы еды самые настоящие.
До моих ушей доносятся звуки гремящей посуды, и я невольно лыблюсь, как придурок. Несмотря на то, что спал я хреново, потому что бегал в соседнюю комнату к Хрустальной при малейшем шорохе, чувствую себя отлично. Девочка стонала, всхлипывала и бормотала «не надо» почти всю ночь. Не спиздел вчера, когда сказал, что её никто не тронет без согласия, в том числе я.
Картинка из того гадюшника так и стоит перед глазами, один бог знает, чего мне стоило сохранять холодную голову. Не тупой, сам вдупляю, что вина на мне целиком и полностью. По честноку, не хотел и не ожидал такого поворота событий. Реально думал, что прибежит ко мне, всё сделает, что скажу, лишь бы я всё исправил. Но забыл, с кем связался, насколько она гордая, сильная и в то же время ранимая. На поклон не пойдёт, и уважение ей за это. Часто жертвы насилия ломаются, теряют себя и всю жизнь ходят с опущенной головой или находят мужика, который подчиняет, потому что сами не в состоянии больше что-то решать. Читал вчера и гордился своей девочкой, сильная она, именно такая сможет быть с таким, как я.
Трогать не буду, вообще никаких признаков, что стояк от одного взгляда на неё, не покажу. Будет сложно, то же самое, как показать путнику в пустыне ведро воды, но не дать и глотка сделать. Но если я хочу её доверия, а я на все сто процентов хочу, придётся держаться на волне «работодатель – работник». Идея пришла внезапно, прижал рыдающую девочку к груди и понял, что буду защищать от всего, а лучше это сделать, когда она под боком. Надавил на больное, зная наверняка, что ради семьи она на многое пойдёт. И не прогадал, она уже приступила к своим обязанностям.
По факту, мне ничего этого не надо, я никогда не завтракаю, клининг приходит раз в неделю, и этого достаточно, меня же дома почти не бывает, обед и ужин проходит в ближайшем с автосервисом ресторане, для стирки есть химчистка, но в основном этим занимаются девушки из клининга. Но мне нужно было что-то придумать, просто жить со мной и получать деньги она бы не стала.
— Ладно, хватит прохлаждаться, — бормочу и, встав с кровати, иду вниз.
Хрустальная стоит у плиты и жарит яйца, ничего особенного, но запах такой, что я напрочь забываю о том, что обхожусь без завтраков. Подпираю стену плечом и смотрю, как на лбу девушки выступают капельки пота. Ну естественно, нацепила на себя широкие штаны и свитер по самое горло, в моей хате вечно тридцатиградусная жара, это отголоски прошлого, когда мёрз под мостом, теперь компенсирую.
— Доброе утро, — громко даю о себе знать.
— Доброе… господь, — резко отворачивается от меня.
— Нет, это всего лишь я, — усмехаюсь, довольный её смущением.
— Ты не мог бы одеться? — спрашивает, всё ещё стоя спиной.
— Я оделся, так-то я сплю голый, но сегодня ради тебя трусы надел, — отвечаю, сдерживая смех.
— Будь добр, надень хотя бы штаны, — со вздохом бросает через плечо.
— Подумаю, — киваю, хотя она и не видит. — Тебе, может, толстовку ещё принести? Вижу мёрзнешь, — всё же не сдерживаюсь и посмеиваюсь.
— Пошёл ты! — выплёвывает и поворачивается к плите.
— Хрустальная, я обещал не трогать — значит, не буду, не обязательно закрываться от меня толстым слоем одежды, тем более что это нихрена не помогает, хоть в навозе искупайся, я всё равно буду тебя хотеть, — проговариваю и, развернувшись, ухожу надевать штаны.
Да, сам в ахуе, но я буду уступать девчонке, пока терпения хватит. Когда возвращаюсь в зону кухни, замечаю, что Хрустальная сняла свой вязанный свитер и теперь стоит в чёрной футболке на два размера больше, оставляя место для фантазии.
— Я не знала, что нужно готовить, — сообщает, поставив на стол тарелку с едой. – В холодильнике нашла только яйца и колбасу, шкафы пустые, одна посуда только. Если хочешь, чтобы я тебе готовила, нужно больше продуктов, — серьёзным тоном проговаривает. — И будет лучше, если ты мне заранее скажешь, что именно готовить.