— Я с ума схожу рядом с тобой, — выдыхает мне в губы Давид, нависая надо мной. — Если понесёт — стукни по башке, — добавляет, вырывая у меня смешок.
Моё мимолётное веселье стирается как пыль во время дождя, стоит Давиду проделать дорожку из поцелуев от губ к затвердевшим соскам. Из груди вырывается громкий стон, когда он, обхватив его губами, всасывает, прикусывает и тут же вылизывает.
Опершись одной рукой на матрас, второй гладит по бёдрам, талии, животу и обратно, при этом уделяя внимание ставшим чувствительными соскам. Возбуждение туманит разум, и я уплываю всё дальше от берега к воронке похоти.
Складки между ног разбухли и даже болят от напряжения, и когда ладонь Давида скользит к внутренней стороне бедра, я сама раздвигаю ноги. Не знаю, куда делось моё стеснение, но протянув руку к члену, осторожно касаюсь, провожу по нему пальцами, чувствуя взбухшие вены на горячей плоти.
— Блядь, Хрустальная, — рычит Давид, опустившись лбом на мой живот.
Он замер, когда я взяла стояк в кулак и начала двигать им вверх-вниз. Его шумные вдохи и выдохи, придали ещё больше смелости, и, почувствовав, что я иду в правильном направлении, задвигала рукой быстрее. Член в руках только сильнее твердеет, хотя, казалось, куда ещё.
— Девочка, — подняв голову с моего живота, он впивается в мои губы. — Подожди, — едва выговаривает, но я вошла в раж и останавливаться нет никакого желания. — Аля… — пробует что-то ещё сказать, но я закрываю ему рот поцелуем, ощущая на физическом уровне свою власть над ним.
Наверное, решив не оставаться в долгу и не разрывая чувственного поцелуя, Давид накрывает мою промежность ладонью. Выгибаюсь навстречу, словно кошка, сбиваясь на миг со своего пути. На автомате прикусываю его губу, когда между складок скользит палец, задевая изнывающий клитор.
Это что-то невероятное, неописуемое, лежать вот так и доводить друг друга до пика удовольствия руками. Мне почему-то кажется, что это куда интимнее, чем секс. А может, так думаю, потому что не знаю, каково это, быть с мужчиной по собственному желанию.
О стеснении уже речи не идёт, я раздвинула ноги, насколько это возможно, толкаюсь бёдрами навстречу, стону в голос, пока Давид творит какие-то нереальные вещи пальцами и ласкает соски языком, умножая моё удовольствие. Я же нахожу силы продолжать дарить удовольствие в ответ.
Перед глазами всё плывёт, голова немного кружится, тело как натянутая струна скрипки, на которой так умело играет Давид. По венам будто крошечные муравьи бегут, заставляя тело буквально вибрировать. Кровь приливает к низу живота, ощущение, будто там шарик надувается. Несколько особо быстрых фрикций пальцем по очень чувствительному клитору, и шарик лопается под мой громкий крик удовольствия. Меня трясёт, лихорадит, сжигает изнутри. Я бьюсь в судорогах, чувствуя, как оргазм разливается по всему телу.
— Охуеть, — рычит мне в шею Давид, и мою ладонь заливает горячая, вязкая субстанция. — Какая же ты охуенная, Хрустальная девочка. Люблю тебя пиздец, — выдаёт, и я распахиваю глаза.
Глава 26 Хочу быть твоей
Аля
Лежу на груди Давида счастливая и довольная тем, что с каждым днём я больше и больше рушу стены, в которых пряталась, и могу спокойно получать удовольствие. Он читает какие-то отчёты в планшете, а я убиваю время, пролистывая ленту в социальных сетях.
Никогда мне ещё не было так хорошо, как рядом с ним. Уже не говорю о том, какой он терпеливый и не требует больше, не торопит и не давит. Понимаю, что эти игры руками далеко не то, что он желает, но Давид довольствуется и этим. Честно говоря, и мне мало, хочется почувствовать его внутри, стать одним целым, отдаться полностью ему, принадлежать целиком. И самое важное — меня эта мысль уже не пугает, нужно всего лишь настроиться.
— О господи! — восклицаю, прыгнув с кровати, как ошпаренная.
— Что такое? — поднимается с подушки Давид.
В новостях выскочило видео, где моя Ева заходит в гостиницу, поднимается лифтом на какой-то этаж и направляется по коридору к одному из номеров, дверь ей открывает мужчина. Он заводит мою подругу внутрь, где ещё мужчины и девушки. Ева снимает с себя платье и, оставаясь в одном белье, присаживается между незнакомыми мужиками. Можно было подумать, что это реклама гостиницы, она ведь у нас звезда, но нет, название ролика «Грязные тайны звёзд. Новое лицо «АмелиКосметикс» тайно занимается эскортом» говорит само за себя.
— Боже, — прикрываю рот рукой и продолжаю смотреть в экран телефона, не веря, что это всё по-настоящему. — Боже, — повторяю, чувствуя, как обеспокоенно забилось сердце в груди.