Сука! Какая же сука! Как ты так можешь? Ты ведь знаешь, зачем и как, да, мудаком был, но… блядь! Я тебе душу открыл, впустил тебя в свой мир, в тот, где я был ещё ничего не понимающим ребёнком. В любви же признавалась, замуж за меня согласилась выйти. Что за херня, Хрустальная?
В груди болит, словно кто-то ножницами сердце покромсал. Ощущения двоякие — хочется свернуть ей шею, и в то же время обнять и спросить за что.
— Подсудимый агрессивный человек? — вырывает из мыслей голос истца.
— Очень агрессивный, я была свидетелем, как он избивал людей, в том числе своих друзей, — продолжает медленно меня убивать.
— Какого хрена? — не выдерживаю, срываюсь к прутьям, впиваясь в них пальцами. — Что ты делаешь? — ору на весь зал, но она будто не замечает, не слышит.
— Подсудимый! — рявкает судья, и сержант бьёт по прутьям дубинкой, заставляя вернуться на место.
Дальше я не слышал, что происходило в суде, я смотрел только на неё. А она словно статуя сидит на стуле, не реагируя ни на что, только дышит судорожно, вижу это по вздымающейся груди.
— …Грозный Давид Тимурович приговаривается к одному году лишения свободы без возможности досрочного освобождения, — доносится до моих ушей, и крышу срывает к хренам.
— Беги, Хрустальная! — рычу, прожигая её взглядом, полным ненависти. — Беги, сука, как можно дальше, и молись, чтобы я тебя не поймал, — злость так и плещется, и стоит ей на меня посмотреть впервые за этот чёртов день, как я понимаю — выйду и мокрого места от неё не оставлю.
--------------------
Дорогие наши читатели, нет, конечно это не конец, мы за хэппи энд, так что переходим сразу же во вторую часть историй, и продолжаем следить за нашими героями
Ссылка работает только с браузера
А так же приглашаю в новую историю
Если тебе близки сильные чувства, запретная любовь и герои, которые не умеют сдаваться — приглашаю в свою новую книгу «Ты моя война».
— Влада, или ты стреляешь, или мы уводим мальчика, — голос отца режет, как лезвие.
Передо мной Ратмир. Мужчина, которого я должна была ненавидеть. Который украл меня у судьбы и стал моим запретным грехом. Мужчина, от которого у меня сын.
Ангар. Холод. С двух сторон — наши отцы. Два старых зверя, готовых рвать даже собственных детей.
Мой сын — в чужих руках. Маленький. Молчит. И не понимает.
Ратмир стоит без оружия. На скуле ссадина, в глазах — всё то же, что было той ночью, когда он спас меня.
— Всё в порядке. Смотри на меня, — говорит он.
И я вижу. Он кивает.
«Стреляй», — читаю я в его взгляде.
Он не просит. Он разрешает. Чтобы наш сын выжил.
— Я люблю тебя, — шепчу.
— Я знаю, — улыбается он.
Я закрываю глаза.
И нажимаю на спуск.
👉 Читай здесь: https://litnet.com/shrt/gfhe
Конец