Домработницы встретили нас добродушными улыбками, сдали мне свою работу и отправились домой. Не знаю, чем был занят Александр, пока я занималась работниками в нашем доме, но после ухода посторонних не отправилась на его поиски. Вместо этого приняла тёплый душ и засела в столовой, включив небольшой телевизор, предварительно открыв коробку кукурузных палочек. Время было позднее, откровенно клонило в сон, но я не спешила посещать спальню, в которой есть, а может, и нет, Александра.
По телевизору начали крутить полнейшую белиберду, поэтому с тяжёлым вздохом покинула уютную столовую, чуть ли не на цыпочках приближаясь к спальне, почему-то уверенная, что за дверью спит молодой человек. Осторожно проникаю в комнату, боясь спугнуть сон зеленоглазого, но напрасно. Он не спит, его взгляд блуждает по переливающимся огонькам ночного светильника. Обхожу кровать и ложусь на предоставленную мне сторону, с головой укутываясь одеялом, оставляя открытым лицо, чтобы не лишать себя возможности наблюдать за профилем Александра. К моему ужасу и удивлению, он поворачивается ко мне лицом. Я смутно вижу его силуэт, но изумрудные глаза блестят ярко, манят своим светом.
-Ты думала, какое имя дать сыну?
Уже, какой раз за сегодня его вопрос выбивает из колеи.
-Нет,- бормочу я, поспешно спрашивая,- А ты?
-Тоже.
-Может, Ярослав? В честь брата.
-Мне нравится,- кивает Александр, после заминки, длившейся секунду,- Ярослав.
-Я всегда сторонилась его,- призналась, закрывая глаза, чтобы было легче говорить,- Будучи взрослой, сторонилась, обманывала и постоянно сбегала от него, и, будучи маленькой, не любила его компанию. ‘Ну, он же мальчик, что у нас может быть общего?’ - так я рассуждала, когда мы жили в другом доме, он меньше нынешнего, поэтому мне было сложно спрятаться от братьев. По моим прошениям отец построил домик на дереве, наверное, это была единственная вещь, которую он сделал своими руками. Там я проводила целые дни, играясь в куклы и посудку. Подружки у меня были, но я не звала их в гости, больше любила ходить к ним. Тем боле не звала их в свой домик,- не смею сдерживать улыбки,- Я долго не могла простить родителям, когда они продали дом, и мы переехали.
Сейчас, наверное, моего домика, да и дерева не существует.
-У тебя хотя бы было место уединения,- стоило мне замолкнуть, заговорил зеленоглазый,- В детском доме, в котором я рос, вообще моего ничего не было.
-Я знаю, тебя усыновляли…
-Два раза,- кивнул молодой человек,- первый раз меня и Антона, знаешь Антона?- я кивнула,- От нас быстро избавились, потому что мы не блистали поведением; во второй раз я пытался быть паинькой. Мне нравилась моя новая мать, сейчас даже помню её имя. Людмила. Хорошая женщина, но муж ей достался ещё тот гад. Из-за него же я снова оказался в детском доме.
-А этой женщине, Людмиле, ты тоже нравился?
-Я думаю,- Александр призадумался,- Я думаю, она меня любила, но настолько была зависима от мужа, что не посмела ему перечить.
-А ты её любил?
-Она мне нравилась, но не любил. Мне мешала её пассивность полюбить. А, в общем, я тогда был слишком глуп и мал.
-А ты вообще любил? Когда-нибудь…
-Скорее нет, чем да,- я открыла глаза, немного шокированная его ответом,- Антон, Максим и Катя - вот этих людей я любил и до сих пор люблю, не смотря на предательство, ссоры и уход из моей жизни.
-А Ника?- от любопытства приподнялась на локтях,- Как же Ника?
-С Никой та же история, что и с Людмилой. Её пассивность не позволяла полюбить, но, стоит признаться, мне это в ней нравилось, когда в Людмиле раздражало.
-Значит,- протянула я, откидываясь на подушку,- Тебе не нравятся девочки-одуванчики.
-Одуванчики? Нет, мне достаточно просто девочки.
Я засмеялась, скидывая с себя одеяло, так как в комнате неожиданно стало душно или же я обезумела от счастья.
-Ника пассивная. А я? Какая я?
Зеленоглазый улыбнулся, указательным пальцем убирая выпавшую прядку на моём лице:
-Ты всё про себя знаешь, Кира.
Глава 13. Ещё не победа.
Во мне поднялась детская, безудержная радость, когда я увидела первые снежинки за окном. Едва заметные, они кружились над землёй, белой пеленой застилая тропинки, ближайшие деревья и наш домашний садик, который выбежал спасать садовник. Уже через несколько минут я не могла различить, что происходит на улице, видела только белое покрывало, беспорядочно кружившееся в воздухе.