– Я не смогу уснуть. Ты правда думаешь, что я все это время была с кем-то другим?
Присаживается на диван.
Я помог ей подняться, и мы пошли в мою комнату. Я уложил её в постель.
– Да нет, что ты, я думаю, ты прекрасно проводила время, пока я мучился с нелюбимой женщиной. Может, тебе стоит отдохнуть, Жанна? Поговорим обо всем завтра.
– Насчет твоих детей? – вдруг спрашивает она.
Черт! О каких детях она говорит? У меня только дочь. Она напилась так сильно?
– Я говорю о тебе, Жанна.
– Хватит меня так называть! Ненавижу это имя!
Я усмехаюсь и поворачиваюсь к ней лицом.
– Ты ничуть не изменилась, Снежинка.
– Ошибаешься, Басов. Я стала другой, а вот ты… все тот же очаровательный идиот, которого я любила все эти годы.
Внезапно Снежана вскакивает с кровати и злобно смотрит на меня. – Знаешь, как же я жалею, что не изменила тебе, и после того, как мы расстались, не была ни с кем! Только сейчас понимаю, какой дурой была. А моя сестра… моя сестра… И теперь хочет, чтобы я её простила? Она в своем уме?
Я выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.
– Открывай немедленно! Ты не имеешь права так поступать со мной!
– Успокойся и ложись спать, поговорим завтра.
Я выхожу на улицу. Пора забрать мою красавицу дочку. На улице много людей, и я вижу пожар в доме, где живут отец Снежаны и её мачеха. Телефон выпадает из моей руки. Я бегу туда и вижу свою маленькую дочь на руках у полицейского. Она спускается и бежит ко мне в слезах.
Сердце бешено колотится, в ушах стоит гул. Хватаю дочку на руки, прижимаю к себе.
— Папа, там дедушка с бабушкой в огне! — сквозь слезы лепечет она. Оглядываюсь на полыхающий дом. Пламя жадно пожирает стены.
Глава 22
Снежана
Уже утро. Кто-то нежно касается меня. Открываю глаза и вижу Ирочку рядом. Обнимаю её и начинаю щекотать. Её звонкий смех наполняет комнату, она обнимает меня в ответ.
— Тётя, просыпайся, я проголодалась.
Выхожу из комнаты с Ирочкой на руках. В гостиной вижу отца, спящего на диване, а рядом с ним его жена, вся в слезах. В замешательстве поднимаю бровь, не понимая происходящего.
— Что случилось? — спрашиваю, когда Жанна меня замечает.
— Наш дом сгорел до основания, нам негде жить.
— Что?! — восклицаю я в изумлении. — Когда это произошло?
— Ночью. Слава богу, с Иришкой всё в порядке. Господи, что происходит с нашей семьей? Если бы не твой Рома, нас бы уже не было в живых.
Опускаю Иру на пол. Она садится рядом с Жанной.
— Бабушка, а кто Рома?
— Рома — твой папа, моя хорошая, — отвечает Жанна.
— Разве мой папа — твоя тетя?
— Нет, моя хорошая, он только твой, а твоя бабушка не понимает, что говорит.
Я злюсь на неё.
— Имеешь право меня ненавидеть, — продолжает она, а я, чтобы прекратить этот разговор, меняю тему.
— Где Басов?
— Папа сейчас в магазине. Скоро вернется.
— Из-за меня, — продолжает женщина, и я еще больше раздражаюсь.
— Может, прекратите? Мы не одни.
Жанна успокоилась. Я приготовила еду для всех нас.
Час спустя Басов приходит и заявляет, что отца скоро в больницу отвезут. Я, конечно, собиралась за ним, но Басов строго запретил мне выходить из квартиры. После того, как Басов отвез папу для осмотра врача, я с Ирочкой начали играть в прятки в доме. Когда Ира спряталась, Жанна опять попыталась разговаривать со мной.
— Прости меня, пожалуйста, Снежана. Я сломала тебе жизнь.
— О чём вы? Я не понимаю. В чём ваша вина?
— Я во всём виновата. Ты читала письмо Иры?
— Да, читала.
— Ты сможешь когда-нибудь её простить?
Я присела на диван.
— Давайте не будем об этом говорить.
— Покажи письмо Роме, он поймёт. Узнает правду.
— Слишком поздно, Жанна. Слишком поздно. Я выбросила письмо.
Если честно, потеряла в парке, и мне всё равно. Наверное, я бы не показала письмо никому, даже если бы оно у меня было.
— Как это? — Жанна смотрела на меня с немым вопросом. Она словно ухватилась за соломинку, веря, что я своим равнодушием пытаюсь скрыть бурю эмоций.
— Именно так, Жанна. Я его выбросила. Оно мне не нужно. Как и правда, которую оно несло. Мне достаточно того, что есть. Того, что я знаю. Ваша правда сделает больно. А я устала от боли, — говорила я тихо, словно боясь нарушить хрупкое равновесие, которое с таким трудом мне удалось достичь. Вчера я чуть все не испортила. Надо
Жанна опустила голову, раздавленная услышанным. Все ее усилия оказались напрасными. Она надеялась, что правда освободит Снежану, поможет ей сделать выбор, изменить свою жизнь. Но я сама отказалась от этого шанса, предпочтя жить в мире иллюзий.