Появилась Катя и обняла Рому. Я не выдержала и набросилась на нее.
— Сумасшедшая! Ты и меня хочешь убить?
— Убью! Не трогай его!
Олег схватил меня, не давая прикоснуться к Кате. Наши лица оказались опасно близко.
— Осторожнее, Рома! Осторожнее! — я посмотрела ему в глаза. — Потому что… Я больше не буду просить. Если ты уверен, что это я…
— Басов, она ненавидела твою жену! Поэтому она так поступает с твоей дочерью! Она…
— Я сейчас тебя убью! — закричала я. В этот момент появились двое полицейских.
Я ухмыльнулась и обратилась к Роме, который все еще держал меня.
— Чего ждешь, Басов? Сдавай меня им. Ты думаешь, это я сделала? Чего ждешь?
Появился отец с расширенными глазами. Он ничего не понимал. Полицейские приближались.
Басов ждал, пока они не вошли. В его глазах была боль и слезы.
— Уходи! — закричал он во весь голос. Я сильно закрыла глаза. — Ты меня не поняла? — еще немного, и у меня начнется истерика. — Я сказал: Катя, уходи!
Я открыла глаза и увидела, как смертельно близко мы с Ромой друг к другу. Катя не понимала, что происходит.
— Почему это она должна уйти?
— Она непременно уйдет, — его взгляд скользнул по моим дрожащим губам. — Я повторяю: Катя, уходи и оставь нас наедине.
Катя бросила на меня презрительный взгляд. Я была одета черные джинсы и белая футболка. До того как она ушла бросила эти слова.
— Басов будет счастлив со мной. Я буду мамой для Ирочки.
Она возвращается в больницу.
Я нахмурилась и попыталась вырваться из хватки Басова.
— Отпусти меня! Хватит, я больше не могу, — произнесла я и упала в обморок. Мне показалось, что Басов громко позвал меня по имени.
— Снежок!
Продолжение
Снежана
Выскочив из авто, я спешно направился к своей квартире. Заметив Антона у двери, я демонстративно замедлил шаг.
– У меня нет желания тратить на тебя время, – заявил он. – Отдай ключи, и ты свободен. В случае отказа, моя охрана с тобой жестоко расправится.
Я продолжал притворяться испуганным, как и было задумано.
– Пожалуйста, не надо. Я уйду на улицу.
– Мне все равно, где ты будешь, – огрызнулся он. – Давай ключи, быстро!
– Зачем тебе эта квартира?
– Ладно, открою секрет. Я хочу продавать здесь наркотики. Идеальное место в центре Москвы!
– Оставьте меня и квартиру в покое, я вам ее не отдам. Какие наркотики?!
– Похоже, ты не понимаешь, что я говорю. Бери вещи и уходи.
– Думаю, это вам стоит уйти, Антон, – произнес я, доставая из кармана телефон, на котором была запись всего разговора.
– Ты…
– Вы арестованы, – объявил человек в форме, стоявший на лестнице у подъезда.
За ним показался Басов и едва заметно улыбнулся.
– Ты правда думал, что я поверю Кате? Ты ошибся, Антон. Я все знаю. Я не ошибся, когда поверил моей девочке.
Басов посмотрел на меня и слегка подмигнул.
– Ах вот как, – он достал пистолет и направил на меня. – Что будет, если ты потеряешь свою любовь, Басов?
– Антон, я не виноват. Твой сын сам выбрал свой путь.
– Чушь собачья! Во всем виноват ты. Ты заставил его пойти в армию! Я потерял сына, теперь я потерял все из-за твоей суки! Ей не жить.
В глазах Антона плескалась ненависть, безумие и отчаяние. Он, казалось, больше не соображал, что делает. Басов попытался приблизиться, уговаривая его опустить оружие, но Антон лишь яростно зарычал, направляя ствол пистолета то на меня, то на Басова.
– Твой сын просто любил свою родину, Антон.
– Не подходи! – выкрикнул Антон, его голос дрожал от напряжения. – Иначе вы оба отправитесь следом за моим сыном!
В этот момент человек в форме шагнул вперед, намереваясь обезоружить Антона, но тот резко развернулся и выстрелил. Пуля просвистела мимо уха полицейского, заставив всех замереть. Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ситуация вышла из-под контроля.
Басов, не теряя самообладания, продолжал говорить с Антоном, пытаясь его успокоить. Он говорил о сыне Антона, о том, как он гордился бы отцом, если бы тот поступил правильно. Говорил о том, что месть не вернет сына, а лишь принесет еще больше горя.
Постепенно, словно под гипнозом, Антон начал опускать пистолет. В его глазах появились слезы. Он, казалось, только сейчас осознал, что натворил. Рыдания сотрясали его тело. Басов осторожно приблизился и выхватил оружие из его ослабевших рук. Антон рухнул на пол, сломленный и опустошенный.
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Антона и тихим шепотом полицейских, переговаривающихся между собой. Я почувствовал, как кровь отлила от лица. Все произошло так быстро, что я едва успел осознать опасность. Пуля, пролетевшая в сантиметрах от головы, оставила леденящий след в памяти.