- Ох, - выпускаю вздох, оказавшись в ловких руках.
Терпкий парфюм парня скукоживает легкие. Отстранив лицо от пиджака, я заглядываю в мерцающие глаза напротив и сглатываю. Ягодицы поджимаются от слишком тесного контакта.
- Я отказываюсь от выигрыша, - трепещу в сексуальном страхе.
- Так не работает, - улыбается Демьян. – Либо выполняй моё условие. Я не против.
- Сосать лузеру – такое себе удовольствие, - не думая о последствиях, осмеливаюсь на дерзость я.
Мужское лицо сразу мрачнеет, а тиски захвативших меня рук становятся чересчур крепкими. Демьян подхватывает меня за бедра и несёт к столу.
- Не надо! Не смей! Пожалуйста! – в панике верещу я.
Он усаживает меня на стол и заваливает своим телом на спину. Сопротивляющиеся руки грубо обездвижены. Когда мужское лицо склоняется к моему, я опасливо замираю и перестаю дышать.
- Я вылижу твою дырку, а потом трахну той самой проклятой пешкой. Круглая гладкая головка зайдёт идеально… - угрожающий хрип Демьяна залетает в приоткрытые губы.
- О господи, - в ужасе простанываю я. – Ну ты и конченный. Отпусти! Ты мне противен!
- Да, да… Кричи громче, - едко ухмыляется мажор. – Сейчас узнаем, какая ты на вкус, служанка.
Его голова движется к раздвинутым ногам. Я ерзаю, как уж на сковородке. Ощутив колючие губы на своём бедре, я вздрагиваю, словно через меня пропустили электрический разряд.
- М-м, какие мы чувствительные, - довольно протягивает парень.
Он вновь касается моей кожи, но на этот раз языком. Скользит влажной дорожкой вверх к трусикам.
- Демьян, не надо, пожалуйста, - задыхаюсь я от невыносимости происходящего.
Мучительная ласка оказывается приятной до дрожи. И это отвратительно. Я покрываюсь мурашками и краской стыда. Страх смешивается с предвкушением и ударяет в живот тянущим спазмом.
- Цвет настроения розовый? – хмыкает Демьян, добравшись до трусиков.
Я отвечаю жалобным стоном.
Он дотрагивается пальцем до перешейка и проводит им вверх-вниз. Новый разряд переворачивает внутренности. Острый укол между ног заставляет ярко пульсировать либидо. Ткань прилипает к влажным складкам, сдавая с потрохами податливую реакцию организма на ласки.
- Прекрати…
Мой протест опускается до томных всхлипов. Я запрещаю себе получать удовольствие, но глаза сами закатываются.
- Да ты течёшь, служанка, - хрипит Демьян.
- Нет…
- Да-а. Хочешь, чтоб тебя жёстко отодрали.
Восхищение в его интонации наводит жути.
- О боже, нет, - умоляюще воскликнув, я приподнимаю голову и смотрю в глаза извращенцу.
- Не упоминай имя Господа всуе, - ухмыляется Демьян. – Маленькая грешница.
Его палец давит на клитор и заставляет содрогнуться всем телом.
- Пожалуйста… - бессильно роняю голову на стол.
Мои мольбы волшебным образом доходят до высших сил, потому что в миг крайнего отчаяния раздаётся звук телефонного звонка.
Раздраженно фыркнув, Демьян достаёт из кармана пиджака мобильник, смотрит на экран, потом на меня. Сдвинув брови, он всё-таки отвечает на звонок. Я с замиранием сердца слушаю его сухой разговор:
- Да. Уже? Прямо сейчас? Как не вовремя… Ладно. Понял. Жди.
Поджав губы, раздосадованный парень убирает телефон от уха и щипает меня за бедро. Я вскрикиваю и шлепаю его по руке.
- Мы закончим позже. Не расслабляйся, - предостерегающе щурит глаза злодей.
Мне хватает ума не дразнить его язвительным ответом. Мысленно посылаю Демьяна в далекую страну, в которой он заблудится и никогда не вернётся.
Когда он отстраняется, я спрыгиваю со стола и привожу в порядок внешний вид. Щеки по-прежнему горят. Сердце тарахтит с перебоями.
- Не скучай, служанка. К моему приезду будь готова, я своё возьму, - пошло подмигнув, Демьян выходит из библиотеки.
- Иди ты к дьяволу, - истошно выдыхаю наедине.
Собираюсь растрепанные мысли в кучу и продолжаю работу. Разбросанные шахматы возвращаются на доску. Ставлю последнюю пешку и опасливо смотрю на покатую верхушку, вспоминая угрозу Демьяна запихнуть её в меня.
- Придурок, - встряхиваю головой.
Никогда ещё шахматы не ассоциировались у меня с чем-то пошлым. До сегодняшнего дня. Господи, прости.
Остаток дня благодаря отсутствию Демьяна проходит спокойно. Вечером я заношу графин с водой в комнату Аллы. Над ней старательно работает визажист. Сама модель манерно разговаривает по телефону с подругой и громко хохочет.
- Красота требует жертв, не зря говорят. Кто бы знал, какой это труд, сразу бы заткнулись в тряпочку. Вокруг одни завистливые крысы.
Я аккуратно наливаю воду в стакан и протягиваю его Алле.
Она присасывается к трубочке и бросает взгляд в зеркало. Её глаза страшно округляются. Вода прыскает наружу прямо на визажиста.