Слабость?.. Нет, ты ещё не понял, что станешь моим уроком. Моей жертвой. Моим предупреждением миру.
– И как ты хочешь, чтобы прошёл наш первый вечер?
– Легко. Я приеду за тобой сегодня. Часов в восемь. Ужин, вино, а потом — всё, что ты захочешь. Или всё, что я тебе покажу. Ты ведь не против быть немного... покорной?😉
Мои губы дрожали от ярости, но на экране всплывало очередное сообщение:
– Скажи только адрес, и я буду там. Не терпится. Ты уже в голове. В венах. В фантазиях. Только ты можешь меня по-настоящему... понять.
– Тогда встретимся. Сегодня. Восемь. Я пришлю адрес. Только пообещай мне, что ты — честный. Что ты не врёшь. Что ты действительно один.
– Клянусь. Я свободен. Только ты теперь занимаешь мои мысли. Больше — никто.
Улыбка. Ложь. Грязная, скользкая ложь. Ты клянешься на крови жены, которую каждый день предаёшь. Но ничего, Виталий. Твоя страсть скоро обернётся страхом. И ты запомнишь её вкус до конца своих дней.
*******
Я отправила скрины переписки Эдуарду. Ответ пришёл почти мгновенно, короткий и режущий, как лезвие:
«Кафе Fun. 10:00. Без ошибок.»
Хорошо...
Я зашла в душ, позволив горячей воде обжигать кожу, будто хотела смыть с себя всё: злость, ярость, воспоминания. Но вода не смывает то, что въелось в душу.
Перед зеркалом я застыла. Мои зелёные глаза — холодные, как лёд на дне колодца. Рыжие, почти кроваво-каштановые волосы струились по плечам. Веснушки, некогда детские, теперь казались следами пепла на обожжённой коже. Лицо женщины, которая больше не верит в добро.
Я смотрела на своё отражение и тихо прошептала:
— Я убью этого подонка… Такие не заслуживают жизни.
Во мне больше не было жалости. Только глухая, с детства накопленная ненависть. Она не пылала — она сочилась ядом.
Я выбрала чёрное платье-футляр, обтягивающее мою фигуру, туфли на высокой, устойчивой платформе. Прямые волосы гладко спустились на плечи, подчёркивая мою сдержанную ярость. Сумка — как военный чемодан: в ней всё, что может понадобиться для разрушения чьей-то жизни.
Такси остановилось у кафе. Серое здание с витриной, за которой люди пили кофе, не подозревая, что внутри начинается чья-то игра на выживание.
Они уже ждали. Эдуард — строгий, как всегда. Его взгляд просканировал меня с ног до головы. Он не улыбнулся. Он знал: я пришла играть без масок.
Рядом — Элина, светловолосая девушка с небесно-голубыми глазами. Казалась ангелом, но я знала: под кожей у неё сталь. Мой напарник, секретарь, агент. Моя тень.
И, наконец, она. Клиентка. От её лица осталась только оболочка. Ни намёка на жизнь. Только пустота в глазах, сломанные губы и взгляд, полный мольбы.
Эдуард заговорил первым, голос был спокоен, но в нём читался холодный контроль: — Мисс, я понимаю, как это больно. Но он согласился на встречу. Сейчас последний момент, чтобы изменить решение. Вы хотите отомстить... или простить?
Женщина дрожала. Глаза стеклянные, пальцы сцеплены в замок.
— Простить? — она сдавленно усмехнулась. — Простить за годы лжи, за то, как я смотрела в его глаза, когда он держал в руке другой телефон, переписываясь с какой-то девкой?.. Я хочу, чтобы он почувствовал себя гнилым изнутри. Чтобы ждал встречи с «новой любовью», а получил в лицо реальность.
Я почувствовала, как мой кулак непроизвольно сжался в сумке. Мне близка её боль. Слишком близка.
Эдуард кивнул: — Тогда действуем по плану. Элина будет рядом — визуальный контроль, смена образов при необходимости, поддержка. Дарья — ты приманка. Используй его слабости, войди в доверие. Мы должны дойти до самого дна этого человека.
Он резко посмотрел на меня, с нажимом: — Только без самодеятельности, Дарья. Холодный рассудок. Ни шагу в сторону. Это не прошлый раз.
Я кивнула.
— Я не ошибусь. Больше — никогда.
****"
Мы с Эдуардом сели за отдельный столик в углу кафе. Клиентка осталась с Элиной — та успокаивала её, разрабатывая параллельную линию. Всё должно быть идеально синхронизировано.
— Сегодня, — начал Эдуард, опираясь на стол локтями, — ты не просто соблазн. Ты — яд. Не подаёшь признаков опасности. Он должен сам проглотить наживку.
— Сначала разговор, — сказала я, не сводя взгляда с чашки чёрного кофе. — Я завяжу с ним «интеллектуальную» переписку. Он думает, что может манипулировать женщинами, только увидев фото. Это и есть его слабость. Он любит чувствовать себя охотником.
Я заставлю его думать, что он ловец, а я — трофей.