Ванек подплывает к ней и уже тянется вперед. Не знаю, чего я хочу больше: поступить на бюджет или чтобы он утонул на дне этого дурацкого бассейна.
Виновато поджав губы, Эля подтягивается за перила и, на секунду показав свою идеальную задницу в черном белье, вылезает из воды.
– Пару дней назад у меня уже был поцелуй, о котором я жалею, второго такого я просто не вынесу, – говорит она и топает по краю к лестнице.
Вадим присвистывает. Если бы друг в этот момент повернулся в мою сторону, я бы его убил. Но, к сожалению, сейчас я хочу, чтобы убили именно меня. Значит, жалеет. Не вынесет второго такого. Вранье. Могу поклясться, что ей понравилось.
– Эль, может, не надо? – обеспокоенно кричит Блонди, когда девушка начинает подниматься по лестнице. – Ребят, она же разобьется.
– Да она не прыгнет, – спокойно говорит Дэн. – Я с семи метров-то пересрал.
Мы с Вадимом только переглядываемся. Мы оба очень хорошо ее знаем.
Почему-то мой собственный пульс ускоряется, стоит девушке подойти к краю и нагнуть свой корпус в десятиметровую пропасть.
– Я что, настолько плох? – фыркает Ванек.
– Я бы и жабу поцеловала, чтобы не прыгать, – отзывается Блонди.
– Ну спасибо!
Эля уже не смотрит вниз, держит голову прямо перед собой, а затем закрывает глаза.
Ногами вперед – мысленно проговариваю, надеясь, что она вспомнит, как я учил ее прыгать несколько лет назад на водохранилище.
– Ну вы дебилы, конечно, – злится Блонди и громко орет: – Эля, слезай! Забей на этих придурков!
Но уже через мгновение, словно в замедленной съемке, Эля делает еще один шаг вперед. Все происходит за несколько секунд. Вот она стоит почти над самым потолком, а вот ее тело полностью уходит под воду. Брызг мало, это хорошо, иное означало бы высокую вероятность того, что она разбилась, упала вроде тоже ногами вперед, вытянувшись по струнке. Не стоило, конечно, но, возможно, факт того, что раньше мы частенько прыгали то с труб водохранилища, то с небольших скал в море, убедил меня в том, что и с этой высотой она справится.
Только вот проходит секунда, две, три, а Эля все не выныривает.
– Ну все, разбилась, а нас всех посадят, – слышу откуда-то сбоку, а сам срываюсь с места и плыву туда, где исчезла девушка.
Во мне нет страха, нет осознания того, что может произойти, я просто, словно робот, механически выполняю движение за движением и плыву вперед. Ныряю, плыву ко дну, туда, где виднеется Эля. Поравнявшись с ней, резкими, но такими же механическими движениями хватаю ее за руку, над локтем, но, прежде чем оттолкнуться от дна, случайно замечаю, что она сидит под водой с открытыми глазами, смотрит на меня и вполне себе в сознании. Какого?!
Отпускаю ее, но не спешу подниматься. Так мы и сидим под водой какое-то время, смотря друг на друга. Глаза в глаза. Только мы, и никого больше. Глаза у нее большие, красивые, такого благородного зеленого цвета, раньше я мог в них пропасть. Если бы сейчас кто-то кинул в воду оголенный провод, я бы и не заметил – я и так весь под лютым напряжением. Все это почему-то совсем не кажется странным, наоборот, словно только так и должно было быть.
Наконец Эля отталкивается ногами и поднимается наверх, я – за ней.
– Мы думали, вы вдвоем потопли. – У ребят обеспокоенный взгляд.
– Извините, – отвечает Эля. – Там невероятно хорошо. И тихо.
– Он поставил тысячу на то, что ты не прыгнешь! – кричит Вадим. – Я же в тебе не сомневался.
На удивление, эти слова вызывают на лице Эли улыбку. Она совсем не смотрит на меня, словно меня рядом и не существует, словно я и не бросался ее спасать.
– Что ж, я пойду, уже поздно. – Эля подплывает к ближайшему бортику и снова оказывается наверху.
Она подхватывает свою толстовку и, молча, никак не реагируя на уговоры ребят остаться, проходит вокруг бассейна по голубому кафелю, не посмотрев в нашу сторону ни разу, и исчезает за дверью душевой.
– Ничего себе она выдает, – едва ли не с восхищением говорит Дэн.
– Даже не повернулась, – фыркает азиатка. – Ну и плевать, давайте играть дальше.
– Только никаких больше вышек, – уточняет Блонди.
Следующий ход крутит азиатка – и бутылка останавливается на мне.
– Действие, – выбираю я.
На несколько секунд в бассейне повисает тишина. И я почему-то чувствую: что бы она ни загадала, мне будет очень сложно это выполнить.