– Серьезно? Я не каталась больше двух лет.
– И когда это тебя останавливало?
– А доска?
– Держи, я возьму у парней. – И он протягивает мне свою.
Нет, ну это уже точно похоже на сон, вызванный больной фантазией. Может, я сейчас проснусь? Ян смеется, наблюдая за моей реакцией.
– Эля, просто вставай на доску.
Он уходит к парням. А я быстро скидываю на поддоны куртку и встаю на скейт. Скейт Яна. Моя самая заветная и отбитая мечта. Похоже на самовнушение, но скейт под ногами словно передает все то, что есть у его хозяина, – я чувствую то, что чувствует он. Я в этом уверена. Я не боюсь. Ноги сами ведут к пулу. С пулом я никогда особо не дружила, все больше предпочитая кататься по прямой поверхности. Но чувствую: сейчас я готова.
Шаг, а за ним пустота. На какое-то время мне удается поймать равновесие, но в конце я все равно оказываюсь на бетонном полу в позе звезды.
– Контуженная, что ли? – подбегает Ян. – Меня дождаться не могла?
А я в ответ лишь киваю и начинаю громко смеяться.
– Ну точно контуженная, – качает головой он и подает мне руку. – Ладно, давай еще раз, только в этот раз я буду тебя страховать внизу.
Время на треке проходит незаметно, поэтому, когда мы выходим на улицу, город встречает нас темнотой улиц.
– Ну как тебе? – спрашивает Ян.
– Я хочу вернуться туда еще раз! – отвечаю уж слишком возбужденно.
– Вернешься, – улыбается парень.
«Вернемся», – думаю я, иначе это будет уже не то, и сажусь на байк.
Выезжаем на дорогу, но, вместо того чтобы поехать домой, через десять минут Ян останавливается на набережной.
– Прогуляемся? – спрашивает он.
– Тебе не кажется, что надо было задать этот вопрос до того, как мы сюда приедем? – пихаю его в плечо.
Ночью набережная прекрасна. Если вечером здесь не протолкнуться, то сейчас тут почти никого нет, не считая редких парочек. Мимо проплывают мигающие всеми цветами радуги теплоходы. Из колонок, развешанных на столбах, звучит негромкая музыка. Воздух пахнет летом, рекой и сладким попкорном.
Ян идет чуть впереди и останавливается у перил, разделяющих набережную и Дон.
– Значит, поезд в десять? – Он оборачивается ко мне.
Киваю и встаю рядом.
– Пойдешь провожать?
– Проснуться в восемь? Ты за кого меня принимаешь?
Тихо смеюсь и снова пихаю его в плечо.
– Эй, эй, эй, полегче, у меня тут скоро вмятина останется.
– Выпрямишь до Нового года.
Ян задумчиво отворачивается к темной воде.
– А если бы я завтра поехал с тобой, ты была бы против?
– Было бы классно, но смысл? У тебя тоже скоро учеба начинается. – Поворачиваюсь спиной к реке, опираясь на перила.
– Ну да, – качает головой парень, – ну да.
– Правда, мы так и не успели дойти до третьей части «Стражей галактики». Обещай без меня не смотреть!
– Ты обо мне слишком ужасного мнения.
– Ну вообще-то…
– Ни слова больше.
Домой я возвращаюсь во втором часу ночи. Выслушав от мамы целый список того, почему я не права, падаю на кровать и мгновенно засыпаю. Спасибо за это так вовремя навалившейся на меня усталости, иначе до утра бы грустила о предстоящем отъезде. Нет, я рада своему поступлению в Москву, но очень обидно уезжать тогда, когда я вновь обрела то, чего была лишена многие годы.
В шесть просыпаюсь по будильнику, быстро принимаю душ, чтобы взбодриться, в последний раз завтракаю вместе с родителями и иду к двери, закинув в рюкзак все то, что понадобится мне прямо в дороге.
С Яном сталкиваюсь в коридоре.
– Привет, – как-то даже немного хмуро произносит он и берет мой чемодан.
– Привет. Выглядишь так, словно всю ночь не спал.
Ян кивает:
– Долго не мог уснуть.
Мы спускаем все сумки в два захода. В последний раз оборачиваюсь на наш подъезд, затем поднимаю голову к нашим с Яном окнам и прощаюсь с этим местом.
– Садись, мы сами положим в багажник, – говорит папа.
Отдаю ему сумки и сажусь на заднее сиденье.
Они закрывают багажник, мама садится впереди, а Ян подсаживается ко мне.
– Думала, на байке поедешь, – говорю парню.
– Зачем, если эти полчаса можно ехать с тобой, – отвечает он.
Папа заводит автомобиль, и мы начинаем движение. Ян берет меня за руку и подтягивает к себе. Кладу голову на его грудь и смотрю в окно на мелькающие хорошо знакомые районы. От Яна исходит тепло, от него больше не пахнет хлоркой, но я все равно никогда не спутаю его запах. Мы начали общаться чуть больше месяца назад, а я все никак не могу привыкнуть к тому, что снова могу в любой момент позвонить ему или вот так вот на него облокотиться. Еще полгода назад, живя у Ани, я с уверенностью могла сказать, что мне больше никто не нужен. Но, когда он впервые за пять лет снова меня обнял, я поняла, как сильно скучала по этому. Сейчас в его объятиях мне хорошо и спокойно, но при этом чувствую я себя совсем иначе, не так, как это было в двенадцать.