Порой слишком земную. Навевая Жанне все чаще невольные воспоминания о своей семье, оброшенной ею дочке, вызывая порой угрызения совести и ночные слезы, оставляющие следы на мягкой подушке из пуха норвежской гагры.
Клементий, воодушевлённый свой новой музой и полный новых сногсшибательных замыслов и мечтаний, не замечает эти лёгкие временные изменения в настроениях Жанны, списывая их на чисто женский характер своей возлюбленной.
Он и не подозревает и не знает о том, что в ее душе все чаще появляется тоска. Тоска по своей прежне семье, по дочке. И робкое пока и непонятное ей самой скрытое желание вернуться к своей семье.
Гордый тем, что рядом с ним такая красивая и симпатичная женщина с манерами аристократки, он считает, что она счастлива с ним.
Он думает, что она любит его.
Он думает, что она рада его успеху и славе.
Он думает, что она его поддерживает и восхищается.
Он думает, что она его муза и партнёрша не только в постели.
Клементий занят своими делами. Он работает над новым спектаклем. Он встречается с актёрами, художниками, композиторами. Он даёт интервью журналистам. Он посещает разные театры и фестивали.
А путешествовать по стране и по миру его нескрываемая страсть.
Постепенно к его образу жизни приобщается и Жанна.
Вот сегодня, например, он пригласил к себе своих друзей - профессора, члена Союза театральных деятелей и известного театрального критика из журнала «Театр» и попросил Жанну приготовить им лёгкий ужин, что она с удовольствием и изяществом проделала.
Закончив кухонные дела, присела рядом с ними на свободное кресло у камина, прислушиваясь к их жаркому спору.
Сегодня в гостях у них театральный критик Александр Иванов и из Союза театральных деятелей России Пантелеев.
- Клементий, - обратился к нему Пантелеев, поднимая бокал, - я восхищён тобой. То, что ты сделал с этим спектаклем и его истасканной и банальной темой восхитило всех зрителей. Ты слышал, как они тебе аплодировали, ты видел? Они, стоя тебе аплодировали...
- Спасибо, Николай Григорьевич, - ответил Клементий с лёгкой улыбкой. - Я рад, что моя работа нашла отклик у публики. Но я не делал ее для аплодисментов. Я делал ее для себя. И для неё... - он кивнул в сторону Жанны, которая сидела рядом с ним на диване.
- Для неё? - удивился Пантелеев. - Для Жанны? Но она же не играла в спектакле.
- Нет, она не играла. Она была моим вдохновением. Она была моей музой. Она была моей... - Клементий замолчал и посмотрел на Жанну с любовью.
Жанна опустила глаза и покраснела.
Она чувствовала себя неловко в этой компании известных и уважаемых людей.
Она не знала, что сказать и как себя вести. Ещё недавно она была простой домохозяйкой из провинции, которая случайно попала в этот блестящий мир театра и любви.
- Мне очень понравился ваш спектакль, Клементий Петрович, - сказала она тихим голосом. - Он был очень необычный и интересный.
- Необычный и интересный? - переспросил Иванов. - Это мягко сказано. Это был гениальный и революционный спектакль! Это было произведение искусства! Это было... это было...
- Что это было? - поддержал его Клементий.
- Это было... это было... постмодернизм! - воскликнул Иванов Александр.
- Постмодернизм? - переспросил Пантелеев.
- Да, постмодернизм! - подтвердил Иванов Александр. - Вы же видели, как Клементий обыграл классическую тему любви и смерти? Как он разрушил все стереотипы и конвенции? Как он смешал разные жанры и стили? Как он использовал разные тексты и медиа формы? Как он создал своё собственное самосознательное пространство?
- Да, я видел все это, - сказал Пантелеев. - Но разве это имеет отношение к постмодернизму?
- Все это имеет отношение к постмодернизму, - уверенно сказал Иванов Александр. - Постмодернизм - это философия, которая возникла в Европе в середине двадцатого века. Постмодернизм - это реакция против модернизма и его догматизма и дидактизма. Постмодернизм - это отказ от идеи единой истины и поиск индивидуального смысла. Постмодернизм - это вопросы, а не ответы.
- Вопросы, а не ответы? - переспросил Пантелеев.
- Да, вопросы, а не ответы, - повторил Иванов Александр. - Вы же видели, как Клементий задавал вопросы зрителям? Как он заставлял их думать и чувствовать? Как он вовлекал их в диалог со спектаклем?